— Он был вечно занят. Работа в компании, занимающая огромное количество времени и домашние увлечения в собственной лаборатории. Это всё просто забирало у меня мужа. Сначала я пыталась бороться с этим, а потом, просто опустила руки. Большое количество измен и алкоголя помогали мне забыть, что дома меня не ждёт «любимый муж». Но и вскоре и эта участь мне осточертела, и я нашла постоянного партнёра. Даниелю было не плевать на меня. Постоянные свидания и романтики вновь пробудили во мне женщину. Я понимала что эти отношения нельзя назвать любовью, хотя бы потому что ему было не до этого, он просто получал удовольствие от постоянных встреч, траты денег и приключений. И всё вроде было хорошо. Но в один день, Генри приехал раньше и, зайдя в нашу спальню, увидел нас вместе, но ничего не сказав, просто взял свой халат и вышел из комнаты прочь. Я думала, он был очень зол, но он ничего мне не сказал, ни на следующий день, не через неделю. Безразличие. Вот что я почувствовала тогда от него. Я была так зла на мужа, ведь когда-то он клялся мне в любви. Поэтому в моём разуме поселилась мысль о его убийстве. Каждый день она подогревалась, стоило мне хоть раз увидеть его безэмоциональное выражение лица. И вот как-то раз Даниэль принёс нам кое-что «побаловаться», и тогда у меня созрел план. Он добыл для меня большое количество наркотика и я вколола его мужу во время сна, подстроив всё как самоубийство, банальную передозировку. Но был один нюанс. Агнесс. В этот момент она проходила мимо полуоткрытой комнаты и всё видела. Я понимаю, что сама сглупила и не закрыла за собой дверь, но её грёбаное любопытство поставило меня в опасную ситуацию. Тогда я припугнула её и перевела на её счет один миллион долларов за молчание. И Вроде всё окончено. Смерть мужа и получение наследства, всё вышло как нельзя, кстати, но беда подстерегала и там. Придя к нотариусу, я узнала, что Генри завещал все, что у него есть не жене, а сестре. Сестре! Девушке, которую я никогда не видела. Она не смогла приехать не на свадьбу, не потом. И тут пришлось вывалить не малую суму денег, дабы замять сие дело. Кевин оказался весьма жадным скотом, но и эта проблема была решена. Жалею ли я? Нет. Я сделала всё, что он заслужил. — Закончив свой рассказ, сидя в том же кресле Роуз поджала под себя ноги и укрылась плотнее пледом, отворачиваясь к камину. А Даниэль почувствовав, что тоже понесёт за смерть мужа любовницы ответственность, решил поскорее уносить ноги. Он резко дернулся в сторону двери, но рефлексы Джеймса оказались быстрее, он, поймав Кростона, опрокинул его на пол, заламывая руки за спину и связывая их верёвкой, которую он как раз, кстати, прихватил с собой со склада.
— А когда в этом отеле вы увидели своих соучастников, то решили и от них избавиться, чтобы молчали вечно. Про это узнал Чарли Васкес и вы, и его убили, ведь он хотел рассказать всё мне.
— Что?! Извините детектив, но вы глубоко ошибаетесь. Я не трогала, как вы выразились «своих соучастников», ведь не являюсь какой-то убийцей. Мне самой было страшно, кто-то угрожал мне до прибытия в этот отель. Электронные письма и обычные присылали мне всё время. Даже приехав сюда, я обнаружила одну записку, спрятанную в моей сумочке. Но не предала этому значение, а когда начали умирать, люди паника стала расти в моём подсознании. Но старалась не поддаваться ей.
— Вы можете показать ту записку?
Достав из сумки листок с угрозой, Роуз передала его детективу. Он, осмотрев его, понял один факт, слова «Ты поплатишься!» были выведены таким же красивым почерком, как и на записке предназначавшейся Агнесс. А значит, разгадка всей тайны была уже в руках детектива, осталось только поймать преступника.
Попросив администратора обойти всех оставшихся жильцов и собрать их в фойе, Джеймс направился в свою комнату, дабы на всякий случай взять один важный предмет, которым ему не посчастливилось воспользоваться ранее. И вот спускаясь на первый этаж, он видит как около стойки регистрации сидят на принесённых стульях оставшиеся гости и персонал отеля.
