– Спасибо, Джим. Ты знаешь, что мучило меня: это возможность изменить историю, направить ее в другое русло. С одной стороны, что бы мы ни делали и ни говорили сейчас, во время конфронтации с кораблями Звездного Флота, все это автоматически войдет в исторические анналы хотя бы потому, что это записи случившегося. С другой стороны, мелкие детали никак не регистрируются вообще, так как историческое хроники избирательны и нет возможности включить туда все. А что, если что-то изменить в этих незначительных деталях? Не сможем ли мы тогда создать новый параллельный мир, ту историю, где будущее не то, которое знаем мы и о котором мы, «новые клингоны», мечтаем как о подарке?
– Это старая дискуссия, – зло возразил Кирк, – известная дилемма. Никто не дал пока ответа на этот вопрос.
– Достаточно верно. Но в нашей ситуации этот вопрос представляет гораздо больше, чем теоретический интерес, не так ли?
Кирк начинал понимать, почему его бесила невозмутимость клингона и его успокаивающий голос.
– Ну что теперь? Каково ваше решение?
Мориц покачал головой:
– Пока я не принял никакого решения, но склонен не позволить случиться чему-либо, что могло бы изменить прошлое. Этот инцидент, в который втянуты все мы, необходимо разрешить цивилизованно. Мы работаем над созданием нашего настоящего надлежащими способами, Джим. И я боялся, что ты скажешь друзьям что-то не правильно, если я позволю продолжить разговор. Вот почему я перебил тебя.
– Но, черт побери, как я мог сказать что-то не то? – взорвался Кирк. – Я разговаривал с друзьями, это мое право! Зачем вы вмешиваетесь? Или вы собираетесь вручить мне сценарий, по которому я должен беседовать с друзьями? – В голосе капитана звучала издевка.
Мориц ответил:
– Да, мы думали над этим. В конце концов, ваша речь не попала дословно в исторические хроники, но общий смысл того, что вы говорили, зафиксирован. Даже сохранены некоторые ваши фразы. Однако я пришел к выводу, что это может для ваших товарищей звучать слишком искусственно. Они могут не поверить, что флот клингонов прибыл с миролюбивыми намерениями. Нет смысла все это затевать, если ваши друзья заподозрят, что вы говорите под принуждением.
– Тогда в чем же дело? Проблема решена. Вернемся на мостик и возобновим связь.
– Но я также считаю, что вы должны в общих чертах знать план того, что было вами сказано, чтобы не выйти за определенные границы, – продолжил Мориц. – Тогда вы говорили, что мы прибыли установить мир и что мы – новое поколение клингонов, которые сражаются за контроль над Империей. Вы ничего не сказали им о путешествии во времени, пока не достигли Земли. Теперь я понимаю, почему. Фактор перемещения во времени мог бы помешать командующим Звездным флотом поверить вам.
Кирк неохотно согласился:
– Может, вы были и правы, когда прервали связь. Что еще?
Мориц покачал головой:
– По крайней мере, мы можем быть уверены, что вы скажете то, что нужно, так как это подтверждает история.
Кирк фыркнул:
– Давайте не будем опять вдаваться в это, прошу вас, – и, немного помедлив, добавил:
– История говорит, что мой корабль находился в это время с Флотом. Почему вы не предупредили меня?
Мориц вскинул руки, взызая о помощи:
– Опять тоже самое, Джим! Мы хотели, чтобы вы реагировали естественно. Мы желаем видеть вашу реакцию на все такой, какой она и была.
Кирк предпочел не отвечать на эти слова. Вскоре все покинули кабинет Морица и направились опять на капитанский мостик.
«Хотелось бы выяснить, что еще он знает и не говорит мне?» – размышлял Кирк. Его доверие к Морицу уже было подорвано, а этот разговор только усугубил разлад между ними. Хотя Кирк понимал искреннее желание Морица решить головоломку, вызванную путешествием во времени. Когда-то и он сам позволил умереть Эдит Килер, иначе она могла бы о многом рассказать. Поэтому Кирк очень хорошо понимал опасения Морица.
В то же время аналогичное совещание проходило на кораблях Звездного Флота. Действие развивалось на борту «Нонсач» – поспешно построенного флагмана Флота Федерации. Совещание было собрано по поводу предотвращения вторжения клингонов. На нем присутствовали высшие офицерские чины Звездного Флота, среди которых от «Энтерпрайза» были Скотт и Спок. Руководил совещанием адмирал флота Де Ла Джолла.
Спок и Скотт были в более высоком звании, чем большинство присутствовавших. Де Ла Джолла любезно пригласил их, зная их личный интерес ко всему, что касалось капитана Кирка. Ведь именно Спок предложил организовать совещание. Учитывая их личные отношения с Кирком, Де Ла Джолла надеялся получить полезную дополнительную информацию о космическом контакте с капитаном.
Несмотря на долгую службу в Звездном Флоте, адмирал обычно избегал иметь дело с этими невозмутимыми вулканцами, но нужда заставила…
– Что скажете, мистер Спок? Он находится под принуждением или нет? – начал Де Ла Джолла.
– Неточная информация, – спокойно ответил Спок, чем мгновенно охладил темпераментного адмирала.
Скотт, сидевший с самого начала обсуждения хмурым, взорвался от вопроса адмирала.
