– Подожду, – легко согласилась я, тоже уходя в себя и думая об отцовских словах. Он посоветовал мне одно – ждать. А значит, жить своей обычной жизнью. Учиться, общаться с друзьями, помогать им, если нужна моя поддержка… Ой! Ведь ещё до моего исчезновения я пообещала Антону, что непременно вотрусь в доверие к режиссёру Николаю Лавровскому. Мужик на дух не переносит всех представителей нетрадиционной сексуальной ориентации, но есть надежда, что мне, хорошенькой девушке, он не откажет и даст интервью. Потом я признаюсь, на кого работаю, но вряд ли это разозлит режиссёра настолько, что он не разрешит мне передать материал в редакцию. В конце концов, все медийные персоны нуждаются в поддержке журналистов, чтобы как можно больше людей узнало об их таланте. Если Лавровский будет очень упорствовать, то я напомню ему, что у издания, которое я представляю, очень обширный круг читателей. Уверена, он сдастся! Только бы не упустить момент! Антон говорил, что познакомиться с Лавровским я должна на частной вечеринке, но на какое число она назначена, не уточнил. Надеюсь, что мы не опоздали! В противном случае получается, что я невольно подвела друга.
– Мам, какой сегодня день недели?
Если будни, то надо непременно ехать в университет, чтобы встретиться с Антошкой!
– Пятница, а что?
– Нет, ничего. Просто надо браться за учёбу.
– Никуда ты не пойдёшь! Ты ещё болеешь! У тебя только вчера была температура под сорок, забыла? – взорвалась мать. Да, теперь, когда она перестала волноваться о моём здоровье, к ней снова вернулась прежняя грубоватая манера общения.
– Пойду, непременно пойду, – неожиданно для самой себя проговорила я. Мой голос прозвучал так твёрдо, что матери не осталось ничего, кроме как промолчать. Надо же! Раньше я никогда не могла так открыто возражать ей!
– Только поешь как следует, – оторопело попросила она, – тебе нужны силы.
Удивительно, как это моя мать так легко сдала свои позиции? Или она поняла, что её дочка выросла и больше не нуждается в родительских советах?
Я с аппетитом молодого медведя проглотила два печёных яблока с мёдом и корицей и даже съела целую тарелку овсянки. Потом попросила маму сварить кофе без кофеина и выпила стакан козьего молока.
– Тебе тут парень один звонил, – неожиданно сказала родительница, – француз.
Я поперхнулась молоком и удивлённо переспросила:
– Француз? Уж не Филипп ли его звали?
– Да, Филипп Моруа, – спокойно подтвердила мать, – звонил он каждый день, пока ты болела, и рвался приехать тебя навестить. Но я не позволила. Он что, твой новый поклонник, Мила?
– Что-то вроде того, – рассеянно пробормотала я и в следующую же секунду забыла о парне, сосредоточившись на более важных вещах.
Сказав «спасибо», я вышла из-за стола и направилась наверх, собираться на учёбу. Конечно, очень хотелось поехать на Мичуринский проспект и забрать свою машину из гаража, но в этом случае в университет удастся приехать не раньше третьей пары, а это поздно, учитывая количество моих прогулов. Ладно, сегодня уж как-нибудь обойдусь без тачки, мне не привыкать.
Я придирчиво оглядела свою одежду, висящую в шкафу. После долгих раздумий выбрала наконец серое шерстяное платье в обтяжку с высоким воротником, закрывающим шею. Затем подхватила свою сумку с тетрадями и двинулась вниз.
Мать долго давала мне наставления, прежде чем выпустить на улицу. Они были весьма банальными – не выходить из помещения универа на перемене без верхней одежды, не есть и не пить ничего холодного, и так далее. Я кивала и одновременно застёгивала дублёнку. Интересно, а мне удалось правильно одеться, ведь я сто лет не была на улице. По моим подсчётам, уже март. А в марте бывает очень тепло. Может, зря я так укуталась?
Оказалось, не зря! Очутившись на крыльце, я увидела деревья, покрытые инеем, огромные снежные сугробы и нахохлившихся грудастых снегирей. Совсем не весенний пейзаж!
Я вытащила из сумки вязаную шапку, которую сразу не решилась надеть, и натянула на голову.
На пятачке перед магазином стояла одна машина – та самая старенькая иномарка, которая чаще всего довозила меня до трассы. Я с облегчением бросилась к ней, опасаясь, чтобы кто-нибудь не перехватил мою удачу.
– До шоссе? – флегматично спросил водитель, прекрасно знавший ответ.
– Да, – согласилась я, хотя могла бы ничего не говорить.
Мы медленно тронулись, и обычно неразговорчивый мужик поинтересовался:
– Чего-то давно тебя здесь не было, уезжала, что ли?
– Уезжала, – легко согласилась я и улыбнулась – если бы он только знал, насколько далеко можно уехать, не выходя за пределы нашего посёлка!
Но этот милый, спокойный дядька даже понятия не имел о том, что со мной творилось все эти дни. Да и ни к чему ему всё это, ни к чему.
Я уставилась в окно, любуясь зимним пейзажем. Интересно, а когда в наши края придёт весна?
Безо всяких приключений я доехала до трассы, заплатила мужику полтинник и пересела в вовремя подоспевшую маршрутку. До университета добралась быстро и, зайдя в просторное фойе, принялась искать глазами Антошку.
