После смертельного наезда, вследствие которого семнадцатилетняя Скайлер умерла на несколько минут, начинают происходить странные, пугающие вещи. Чтобы во всем разобраться, и восстановить воспоминания нужно найти ответы на вопросы, которые никогда не возникали в ее голове. И в итоге она понимает, что правда не всегда должна быть раскрыта. Прошлое, настоящее и будущее, — все это смешалось в яркий коктейль, с непредсказуемым вкусом, когда в ее жизни появляется Он.
Если любить до боли, то не будет боли,
Будет лишь любовь.
Я должна была понять, что что-то происходит, еще до того, как все случилось. Надо мной нависло облако проблем, со зловещими раскатами грома, и мне пора бы достать зонтик, чтобы спрятаться от проливного дождя, но сегодня меня волновало только одно: мисс Вессекс, моя классная руководительница, добравшаяся до меня из самой преисподней, серьезно вознамерилась вышвырнуть меня из школы.
Я узнала об этом от Евы Норвуд, когда вернулась в школу, после того, как пропустила первую половину дня. Мне пришлось ехать в аэропорт чтобы встретить, и доставить домой, свою злобную кузину Эшли Хардман.
Мои подруги — Ева и Дженни сидели в кафе, о чем-то споря. Эти двое по какой-то неизвестной мне причине не ладили с того самого момента, как Ева несколько месяцев назад, в середине лета, переехала в наш город.
— Эй, — позвала я их, и присела рядом на стул, предварительно, взглядом, обследовав сидение.
Шум столовой раздражал, и давил мне на виски.
— Ну, как прошла встреча с Эшли? — Дженни повернула коротко стриженную голову ко мне. У нее была симметричная стрижка, делавшая ее заостренное лицо выразительнее.
— Тебе сказать правду, или лучше солгать?
— А тебе? — Ева, стянула рыжие локоны в высокий хвост, и наклонилась ко мне вперед. Она отвлеклась от своего ноутбука, и подперла щеку рукой. — Тебе, Скай, сказать правду или солгать?
Я нахмурилась:
— Ты, о чем?
— О том, что ты сегодня пропустила биологию мисс Вессекс. О том, что она ненавидит тебя. И, в конце концов, о том, что тебя могут оставить в летней школе, если ты продолжишь в том же духе. Я понимаю, что сейчас только начало ноября, но я на твоем месте, прислушалась бы к голосу здравого смысла, и занялась бы полезными делами.
От моего лица отхлынула кровь.
— Эй, — Дженни приободряя потрясла меня за плечо. — Не обращай на нее внимания. Она такая сумасшедшая с тех пор как увидела, что заняла второе место в нашем классе на контрольной по химии.
Ева проигнорировала Джен. Она вернулась к своей работе на ноутбуке.
— Прекрати уже бросаться на всех подряд, договорились? — Дженни наклонилась к рыжей. — У других тоже есть проблемы, и, если ты не хочешь обсудить свои собственные, усмири свой нрав.
Ева с тем же бесстрастным выражением на лице, произнесла:
— У меня нет проблем.
Дженни с презрением некоторое время смотрела на девушку, а я сделала знак подруге чтобы та прекратила. Меня задело то, что Ева так плохо думает обо мне, но я все же не хотела ввязываться в конфликт, потому что моя голова жутко болела, и я то и дело массировала виски, чтобы боль прошла.
Тут, мне на колени вдруг из ниоткуда упал клочок бумаги, я развернула и просмотрела его. Дженни наклонилась ко мне:
— Что там?
— Какая-то чепуха, — я пожала плечами, комкая записку. Джен вскинула брови, но ничего не сказала, а лишь спросила про Эшли:
— Она выглядела так же капризно, как и всегда? Она завтра вернется в школу? Она не сказала, почему ее так долго не было? — Дженни засыпала меня вопросами, накалывая на вилку листья салата, в то время как я делала огромный глоток воды. Тут она переключилась на Еву: — Ты должна ходить за Эшли по пятам, и грозиться исключить ее, как делаешь это с нами.
Ева снова проигнорировала ее, но Дженни это не заботило. Она хмыкнула:
— Ты не выглядишь счастливой, Скай.
— Я не выспалась сегодня, — ответила я. В голове навязчиво крутилось обвинение Евы, о том, что я недостаточно стараюсь для учебы. Если эта ведьма, мисс Вессекс позвонит моим родителям, тогда папа точно отправит меня в военный лагерь, куда пару лет назад отослал моих братьев-близнецов. Но я не хотела думать обо всем этом, и я готова была отвлечься от мрачных мыслей, но тут к нам за столик сел какой-то парень. Я посмотрела в одну сторону, в другую, затем перевела взгляд на парня, как раз, когда тот заговорил:
— Почему ты не дала мне ответ?
Меня затошнило. Наверное, из-за того, что я голодна. Дженни наклонилась вперед, потому, что не расслышала, и, подозреваю, потому что хотела разглядеть его лицо:
— Какой ответ?
Парень кивнул на комок бумаги, лежащий рядом со мной на столе:
— Я пригласил ее на романтическую комедию в субботу вечером.
Дженни вскинула брови и посмотрела на меня: «какая-то чепуха?». Ева не реагировала. Сомневаюсь, что она вообще слышала, что здесь происходит. Ее рот был приоткрыт, ярко-синие глаза сверкали за стеклами очков.
— Так ты пойдешь со мной, или нет? — раздраженно, словно он тратил на меня свое драгоценное время, спросил парень. Меня не покидало ощущение, что это какой-то розыгрыш, и я спросила, чтобы удостовериться:
— А мы знакомы?
Судя по лицу парня мне не следовало задавать этот вопрос.
Он кивнул.
— Да, конечно знакомы. У нас с тобой история, и английский. Так ты пойдешь со мной?
