Взгляд ухватывал, что на протяжении коридора вокруг нет ни единого болта, шурупа, гвоздя или даже раствора. Кирпичи прилегали один к другому без всякой стяжки. Если не знать, что они в таком виде держатся уже пять столетий, впору забеспокоиться.
– Скоро мы пройдем дворец, – по каким-то известным ей приметам определила Танни. – Он сейчас над нами. Затем пойдем под садом, а там уже и до выхода недалеко.
Кухни располагались на северной стороне дворца, река – к югу; расстояние между ними составляло примерно три футбольных поля. Габариты подземелья нешуточные.
– Интересно: для канализации запах здесь вполне себе нейтральный.
– Что вы! Под слив отходов эти ходы не используются уже столетия. Сточные воды в реку не попадают, только дождевая вода. Да еще штат уборщиков следит за состоянием водостоков, где надо прочищает. Мы с вами проникли сюда через вход, куда во времена Генриха проходили слуги, прочищающие ходы от гнили и фекалий, чтоб не было скоплений.
К сегодняшней пертурбации Танни, судя по виду, относилась вполне благодушно, словно такие вещи происходили с нею чуть ли не ежедневно. Тем не менее надо было перед ней извиниться.
– Прошу прощения, что все так вышло, – сказал Малоун. – Да и вас еще втянул…
– Да будет вам. Наоборот, я уже давненько не испытывала ничего подобного. Мэри намекала, что возможно приключение, но чтобы
– Да как-то умолчала…
– Аналитиком. Когда была моложе. И, между прочим, довольно неплохим. – Все это время Танни бодро двигалась вперед. – С вашими прошлыми делами, возможно, не сравнится, но иметь на плечах холодную голову – этому я научилась.
– Я и не знал, что вам известно о моих прошлых делах.
– Мэри сказала, что вы были американским агентом.
При ходьбе Малоун вынужденно сгибался. У Танни такой проблемы не было. Лучи фонариков пронизывали темень на расстоянии не больше семи метров.
Под ногами в лужах по-прежнему поплескивали угри.
И тут сзади из отдаления донесся звук.
Голоса.
– О боже, – приостановившись, насторожилась Танни. – Боюсь, как бы в это дело не вмешались сотрудники дворца… Открыть ту дверь могли только они.
Кэтлин спрыгнула на хрусткую дорожку из гравия. Впереди расстилался Сад уединения – тут и там прихотливые извивы живых изгородей, пирамидальные тисы, круглоголовые остролисты, подстриженные шарами кустарники, статуи и цветочные клумбы в аккуратных оградках. А среди всего этого природного декора – гравийные дорожки и широкие полосы променада.
Сейчас надо от реки пробраться на тыльную сторону дворца. Оттуда по собственным следам можно пройти к станции и куда-нибудь уехать. Не важно куда, лишь бы не задерживаться здесь. Надо многое взвесить, определиться с решениями – на этот раз обдуманными. Правда, есть одна проблема: бежать некуда. В АБОПе ее уже не ждут. Работодатель для ее защиты не предпримет ничего. С полицией иметь дело тоже бесполезно. Помочь может один лишь Томас Мэтьюз.
Только может ли?
А если и да, то возьмется или нет?
По дорожке она направилась к тыльной стороне дворца и повернула налево.
В пятидесяти метрах стояли Ева Пазан со своим напарником.
Оба тут же ее заметили.
Кэтлин, развернувшись, понеслась за угол здания.
Впереди не было ничего, кроме все тех же строений с камерами.
И тогда она решила повернуть налево к реке, в буйство красок и упорядоченности – то, что в своей совокупности представлял Сад уединения.
Было понятно, что у них есть фора, но непонятно, сколько еще придется идти. И куда именно. Беспокойство о том, что происходит сзади, помогало Малоуну превозмогать гнетущее ощущение от нахождения в подземелье. Можно ведь, если на то пошло, просто остановиться и вступить с преследователями в диалог. Если это МИ-6, то в чем проблема? То же самое с полицией. Что уж такого страшного произойдет? Арест? Дня не пройдет, как Стефани Нелл его вызволит.
– До выхода рукой подать, – сообщила вполголоса Танни.
По всей видимости, идущие следом люди имели при себе фонарики, но только лучей их все еще не было видно. Слабые пучки света пронизывали глухую темень лишь на несколько шагов, точно так же, как их собственные фонарики. Между тем впереди уже проглядывала лестница, ведущая вверх к потолочному отверстию.
– Мистер Малоун, – донеслось из тьмы сзади, с приглушенным эхом, свидетельствующим о расстоянии. – У вас один шанс: остановиться и дождаться нас.
Танни ухватилась за перекладину лестницы. Малоун взмахом головы велел ей вскарабкаться, да побыстрей.
– Это не ваша заваруха, – сказал голос. – И ни к чему за нее погибать.
Погибать? Ого…
Он ухватился за металлическую ступеньку: алюминиевая, крепкая.
– Кто вы? – спросил он темноту.
– Вас это не касается.
Малоун вгляделся в темноту слева от себя. Вдалеке с правой стороны уже мутнел бледный свет: выход к Темзе. Светлее сделалось и сверху: Танни открыла люк в коротком лазе, идущем наружу через кирпичный потолок.
Теперь наверх.
Малоун уже почти вылез из хода, когда внизу гулко грохнуло.
Ничего себе.
Громыхнуло еще раз, за ним еще и еще.
Внизу стреляли.
