Они отошли от убитого, который лежал, прислонившись к стене окопа. Голова его безжизненно упала на плечо. Один глаз неподвижно застыл, вместо другого зияла фиолетовая дырочка, из которой фонтаном била кровь. Двое солдат о чем-то заспорили. Один из них уселся на бровку окопа.
— Ты что, спятил, а ну слезай, живо! Хочешь, чтобы тебя убили? — закричал на него Аугусто.
— А вот не слезу! Пусть этот болван не говорит, что я трус!
— Слезай немедленно, а то пристрелю!
Аугусто угрожающе поднял винтовку.
— Можете стрелять, я все равно не слезу!
Земля дрожала от непрерывных взрывов. Они захлестывали ее своими волнами и раскачивали, точно корабль во время бури. Пули сплошной крышей нависли над окопами. Некоторые из них с ужасающим визгом влетали в смотровые щели.
— Ты слышишь, что тебе говорят? Слезай немедленно, дурак!
Парень не отвечал.
— Ах, чтобы тебя… — пробормотал Аугусто в бешенстве: каждую секунду этого парня могли тяжело ранить или убить.
Появился сержант.
— Ты что здесь делаешь?
И с яростью набросился на солдата.
— А что он говорит, будто…
— Молчать! Тебе еще не раз представится случай быть убитым! — И он силой стянул парня вниз.
— Не имеете права! — запротестовал солдат, потирая ушибленную при падении ногу.
— Молчать! А то морду набью!
Когда сержант ушел, солдаты снова принялись ругаться.
— Не имеет права! — продолжал выкрикивать потерпевший. — А ты полные штаны наложил! Ну подожди, окончится эта заваруха, ты у меня узнаешь!
— Молчать, мать вашу! — заорал на них Аугусто. — Эй, ты, ступай сюда. Не смей к нему подходить…
Взрыв заглушил его голос.
— Иди сейчас же сюда!
Нервы у Аугусто не выдерживали, ему казалось, что он задыхается. «Больше не могу!» Вдруг он выпрямился и прислушался.
— Слышите?
— Что это?
— Танки! — крикнул один из новобранцев.
— Что ты смыслишь, болван, — отозвался другой. — Это самолеты. Верно, капрал?
Все кругом наполнилось глухим рокотом, который мгновенно сменился нарастающим гулом моторов. И тут же полил косой свинцовый дождь.
— Они обстреливают нас из пулеметов!
— По землянкам! — закричал Гусман.
Воздух дрожал от воя штурмовиков. Через несколько минут все стихло. Солдаты вернулись на свои места, но один из новобранцев отказывался идти.
— Идем, дружище! Нельзя так. Ты что, хочешь, чтобы тебя расстреляли?
— Пусть лучше сразу убьют! Застрелите меня, капрал! Ой, мама!
Аугусто подхватил его и помог встать.
— Идем, идем, дружище. Мне так же страшно, как всем. Нужно держать себя в руках. Ты ведь мужчина, верно?
Новобранец послушно отправился на свое место. Солдат, стоявший рядом, дружески похлопал его по спине.
— У нас у всех поджилки трясутся, уверяю тебя.
Снова послышалось тяжелое, монотонное жужжание.
Оно стремительно нарастало, превращаясь в оглушительный грохот, заполняя собой все вокруг. Казалось, вот-вот оно рухнет вниз и накроет землю. Ждали молча, съежившись в комок. Посыпались бомбы, разверзнув воздух. Солдаты приникли к земле, тесно прильнув друг к другу; в висках стучало, сердце бешено колотилось, и казалось, вот-вот выскочит из груди. Земля дрожала, сотрясаясь от взрывов.
Затем на какое-то мгновение наступила тишина. Гул моторов удалялся. Умолкла артиллерия. Но сразу же усилился ружейный огонь.
Аугусто вскочил. «Сейчас пойдут в атаку». Облако пыли и порохового дыма все еще закрывало позиции.
— А что теперь будет? — спросил один из новобранцев. Ружейный огонь прекратился.
— Вот болван! Да ничего не будет! — воскликнул другой.
С воем пронеслась лавина снарядов, выпущенных батареями националистов.
— Это наши! — крикнул кто-то.
Очередь разрывных пуль прошила край окопа. Оглушенный Аугусто тряхнул головой. Еще очередь, еще; снова рокот моторов, за которым немедленно последовало несколько коротких взрывов. Мешок с землей ударил Аугусто по плечу и отбросил в сторону. Раздался жуткий, душераздирающий крик. Аугусто с трудом поднялся, откашливаясь и протирая глаза, засыпанные землей. Парень, которого он вытащил из землянки еще содрогался в агонии; грудь и лицо его были изрешечены осколками. Аугусто посмотрел в сторону врага и рядом с проволочным заграждением увидел три темных силуэта.
— Танки! — испуганно крикнул он.
— Танки! Танки! — эхом пронеслось по окопам. Послышались беспорядочные крики. Их заглушили резкие голоса офицеров и сержантов.
— Назад! Назад! Отходите!
— Отходите! Назад!
Солдаты испуганно кричали:
— Спасайся кто может!
— Отходите!
— Нас окружают!
Танки, почти со всех сторон окружившие высоту, прикрывали пехоту. Аугусто и четверо солдат из его отделения, оставшиеся в живых, выпрыгнули из окопа и бросились бежать.
— Эй, капрал, я забыл в вещевом мешке часы. — Новобранец хотел остановиться.
— Ну и надоел ты мне! — Аугусто грубо толкнул его.
— Кто-нибудь о них позаботится, дружище, — съязвил солдат, который все время над ним подтрунивал.
Лейтенант и Комас (третий офицер был убит) торопили солдат.
— Скорее! Скорее! Без паники.
— А ну пошевеливайтесь, ребята! Быстро и спокойно! — кричал сержант, не замечая, что одно противоречит другому.
