На второе принесли биштеку алла фьорентина — огромный стейк из мраморной говядины, приготовленный на гриле. Мясо было идеально прожарено снаружи и розовое внутри. К нему подали белую фасоль в томатном соусе и жареные овощи.
— Вот это я понимаю! — восхитился Заваров, разрезая стейк. — Мясо как масло!
Синьор Бруно лично подошел к нашему столу, чтобы узнать, нравится ли нам еда. Его лицо светилось гордостью, когда он видел наши довольные лица.
— Questo è il vero sapore della Toscana, — сказал он. — Это настоящий вкус Тосканы.
Я понимал его без переводчика, но делал вид, что жду перевода Лучии.
К стейку подавали кьянти классико — местное красное вино. Рубинового цвета, с богатым вкусом и долгим послевкусием. Иванов даже записал название в блокнот — видимо, планировал что-то привезти домой.
— Хорошее вино, — оценил Валентин Козьмич. — Не такое кислое, как наше «Алазанская долина».
Я помнил это кьянти. В будущем оно станет намного дороже, его будут продавать в элитных винных бутиках по всему миру. А здесь, в 1985-м, его наливали щедро, как обычное столовое вино.
На десерт принесли канноли сицилийские — хрустящие трубочки с творожным кремом, и тирамису — нежный десерт с кофе и маскарпоне. Ребята ели с удовольствием, а я думал о том, как эти же десерты буду есть в будущем, в дорогих ресторанах Милана.
— Знаешь что, — сказал Заваров, откидываясь на спинку стула, — а может, и правда стоит попробовать поиграть в Италии. Хотя бы ради такой кухни.
Все рассмеялись, а я подумал: «Если бы ты знал, Саша, что через несколько лет итальянская кухня станет самой популярной в мире…»
Завершили обед эспрессо — крепким, ароматным, поданным в маленьких чашечках. Мои товарищи морщились от крепости, а я наслаждался знакомым вкусом.
— Как вам итальянская кухня? — спросила Лучия.
— Интересно, — дипломатично ответил Иванов. — Непривычно, но вкусно.
— А мне понравилось, — признался я. — Чувствуется, что все готовится с душой.
И это была правда. В 1985 году итальянская кухня еще не стала массовым продуктом. Здесь готовили так, как готовили веками. Просто, честно, из хороших продуктов. Без лишних изысков, но с любовью.
Выходя из ресторана, я обернулся и посмотрел на вывеску «Da Bruno». В будущем этот ресторан превратится в туристическую забегаловку с завышенными ценами и посредственной едой. А может, и вовсе закроется. Но сегодня, в 1985-м, здесь еще готовил настоящий синьор Бруно, и его кухня была настоящей.
— О чем думаешь? — спросил Добровольский.
— Да так, — ответил я. — Жаль, что такие места рано или поздно меняются.
— Почему меняются? — удивился Игорь.
— Время, — коротко сказал я. — Время все меняет.
Но в глубине души я надеялся, что в этом мире, в этой временной линии, все будет по-другому. Может быть, синьор Бруно еще долго будет готовить свой качуччо, а Пиза останется такой же аутентичной и прекрасной.
Стадион в Пизе оказался совсем не таким, как «Коммунале» в Турине. Старенький, потрепанный, с трибунами, которые помнили еще довоенные времена. Но всё равно, аудиторию мы собрали приличнуцю, почти 20 тысяч болельщиков.
Да и атмосфера на стадионе теплая Местные болельщики встретили нас аплодисментами, особенно когда объявили мое имя.
— Синьор Сергеев! — кричал один из них. — Вы позавчера показали fantastic игру! Bravo!
Я поблагодарил, но сейчас все мысли были о предстоящем матче. Хотелось продолжить в том же духе.
В раздевалке Иванов был краток:
— Так, товарищи, матч с Ювентусом нам удался на сто процентов, основа себя показала на сто процентов. Сегодня нужно доказать, что у нас в команде нет слабых звеньев. Играем красиво, играем результативно.
Валентин Козьмич обвел взглядом раздевалку. Сегодня он дал шанс многим, кто обычно довольствовался ролью запасных. Полукаров вместо Круглова, Пивцов вместо Гостенина, плюс молодой Писарев получил место на поле.
— Коля, — обратился тренер к Писареву, — сегодня твой день. Покажи, чему тебя учили в дубле.
