Но само собой, сегодня здесь был и сменщик Валерия Тимофеевича — Евгений Алексеевич Браков, новый директор завода имени Лихачева. Он не мог пропустить сегодняшнее мероприятие. Все-таки машина, которой предстояло выйти на испытательный полигон НАМИ, занимала очень важное место в планах ЗИЛа на будущее. Можно сказать, что на нее руководители этого гиганта московской индустрии делали такую же ставку, как и на новое поколение грузовиков.
Ну а в роли ведущего выступал главный инженер строящегося завода в Мценске — Сергеев. Именно он должен был представить начальству абсолютно новый для Советского Союза автомобиль.
Машина стояла в центре асфальтированной площадки, и когда Сергеев сдернул чехол — больше характерный для машин из стран загнивающего капитализма — стало понятно, что это не советская машина в привычном понимании.
ЗИЛ-42012 выглядел как пришелец из будущего на фоне «Жигулей», «Волг» и даже «Чаек» и правительственных лимузинов производства все того же ЗИЛа. Кузов цвета «серебристый металлик» переливался в мартовском солнце. Аэродинамические линии, не очень свойственные советским машинам, придавали новинке стремительность, но одновременно и солидность даже в неподвижном состоянии. Передняя часть с наклонными фарами и интегрированными указателями поворота выглядела современно и дорого.
— Красавец, — тихо произнес Браков, обходя автомобиль по кругу. — Ни дать ни взять, итальянская работа.
— Наша работа, советская, — поправил Георгий Александрович. — Локализация узлов и механизмов — сто процентов. Пока что все собрано в Москве, в экспериментальных цехах ЗИЛа и НАМИ, но у нас во Мценске работы идут по плану, и эти красавицы будут собираться в Орловской области.
Министр Поляков, слушая это, кивнул с удовлетворением. Это было очень важно — показать, что Советский Союз способен производить автомобили мирового уровня сам. Вместе с новым «Москвичом», который в муках рождался на АЗЛК, и уже освоенной в Тольятти «восьмеркой», новый ЗИЛ будет формировать лицо советского автопрома на очень-очень много времени. И это лицо очень нравилось Полякову.
Тройка этих машин в полной мере была современной и отвечала всем требованиям времени.
ЗИЛ-42012 представлял собой четырехдверный седан длиной чуть более четырех метров. Качество исполнения больше подходило для иностранного автомобиля среднего класса, чем для машины, произведенной в СССР.
Хромированные детали — решетка радиатора, молдинги, дверные ручки — все было выполнено на самом высоком уровне. Никаких зазоров, неровностей или следов кустарной сборки, которые нет-нет да и проскакивали даже в самых хороших и современных моделях, таких как ВАЗовская «тройка». Передний и задний бамперы были по-модному окрашены в цвет кузова и гармонично вписывались в общий дизайн.
Легкосплавные диски с шинами размерности 185/60 и диаметром 14 дюймов выглядели футуристично. В СССР подобных колес практически не было — только на редких иномарках зарубежных посольств можно было увидеть что-то подобное.
— А покрытие какое? — поинтересовался Гришин, проводя рукой по капоту.
— Металлик с лаком, — ответил Георгий Александрович. — Технология освоенная и в принципе несложная. Служить будет долго.
Задняя часть машины завершалась стильными фонарями сложной формы. Крышка багажника открывалась легко, обнажая просторный отсек объемом 510 литров. Там высокие гости увидели полноразмерную запаску и набор инструментов — домкрат, ключи, притом этот набор был упакован в стильно выглядевшую брезентовую сумку с логотипом завода ЗИЛ.
Увидев это, Валерий Тимофеевич внутренне усмехнулся. Он говорил о том, чтобы новый ЗИЛ максимально не походил на советские машины, а напротив, взял за образец западные — не только в части самого автомобиля, но и общей философии. И эта сумка как раз вписывалась в концепцию новой советской машины.
Но настоящее удивление ждало гостей полигона дальше. Салон — вот что заслуживало отдельного разговора. Он поражал воображение.
Сиденья обтянуты натуральной кожей с очень качественной контрастной строчкой. Передние кресла с развитой боковой поддержкой и подголовниками выглядели самыми настоящими ложементами сверхзвуковых истребителей, непонятным образом оказавшимися в салоне автомобиля. А водительское кресло регулировалось сразу в нескольких направлениях.
— Боже! — воскликнул Сайкин, устраиваясь за рулем и регулируя кресло под себя. — Иномарка, как есть иномарка!
Приборная панель была выполнена из пластика с имитацией дерева. Спидометр размечен до 200 километров в час, а тахометр — до 7000 оборотов. Остальные приборы в принципе были стандартными для машин подобного уровня — указатели температуры охлаждающей жидкости, уровня топлива, а также различные контрольные лампы.
