Ровно в 2:30 в комнату вошёл командир полка, полковник Еремеев, вместе с начальником штаба и замполитом. По лицам старших офицеров Сергеев понял: новости действительно серьёзные.
— Товарищи офицеры, — начал Еремеев, не тратя времени на формальности, — я собрал вас, чтобы лично сообщить о полученном приказе и его значении. Наш полк и дивизия в полном составе перебрасывается в Афганистан для усиления 40-й армии. Срок готовности к выдвижению — шесть часов.
По комнате прокатился гул. Еремеев поднял руку, призывая к тишине.
— Но это не обычное усиление контингента, — продолжил он, и в комнате стало совершенно тихо. — Нашей задачей будет участие в операции «Возмездие».
Полковник кивнул замполиту, и тот включил проектор. На экране появились кадры — горы, лагерь, обнесённый колючей проволокой.
— 26 апреля этого года в лагере Бадабер на территории Пакистана произошло восстание советских военнопленных. — Голос Еремеева стал глуше. — Наши солдаты и офицеры, захваченные моджахедами в Афганистане, содержались там в нечеловеческих условиях. Они подняли восстание, захватили склад оружия и более суток вели неравный бой.
На экране сменялись кадры разведсъёмки — полуразрушенные строения, следы артобстрела.
— Пакистанские власти применили против них артиллерию и системы залпового огня. Никто из восставших не выжил.
Еремеев сделал паузу. В комнате стояла звенящая тишина.
— Бадабер находится в пяти километрах от Пешавара. Это уже не просто перевалочная база, это тренировочный лагерь под прямым руководством пакистанских военных и инструкторов из других стран. Думаю что вы понимаете о ком идёт речь.
Начальник штаба развернул на столе карту.
— Руководством страны принято решение о проведении операции «Возмездие». Наша задача — создать необходимую группировку сил в приграничных районах Афганистана, обеспечить возможность нанесения ракетных и авиационных ударов по базам подготовки боевиков на территории Пакистана.
Еремеев снова взял слово:
— Мы не ищем открытого столкновения с регулярной пакистанской армией, но должны быть готовы к такому развитию событий. В случае вооруженного ответа со стороны Пакистана у нас есть санкция на пересечение границы и подавление огневых точек. Командованием определены красные линии, переход которых противником будет означать начало полномасштабных боевых действий. И эти линии очень тонкие. В этот раз мы готовы поддаваться на провокации.
Еремеев замолчал, а потом продолжил куда более эмоциональным тоном:
— И я хочу чтобы все понимали. Военно-политическое руководство нашей страны настроено максимально серьезно. Мы идём мстить. И мстить так чтобы вся эта «нейтральная» нечисть гадила под себя от страха от одного только взгляда в сторону Афганистана и от одной только мысли о Советской Армии и её солдатах и офицерах. И знаете что, товарищи офицеры? Я с этим полностью согласен. Хватит уже в бирюльки играть и стараться не злить вероятного противника. С этим надо кончать.
Через три недели и три с лишним тысячи километров 386-й танковый полк, как и вся 86-я мсд пересёк знаменитый мост через Амударью и вошёл на территорию Афганистана. Первой машиной полка, которая пересекла границу был Т-62М капитана Сергеева…
Отгремели горячие май и июнь, и наступил июль. В отличие от последнего весеннего и первого летнего месяцев, два следующих будут с точки зрения обычного торпедовца лафой. В июне и особенно в мае у нас было очень много матчей, там и еврокубки и аж пять июньских игры в чемпионате. Не сравнить с халявой что ждёт нас дальше: три игры в июле и всего четыре в августе.
Самое время прийти в себя и ударно провести концовку чемпионата, в которой и должна будет решиться судьба золотых медалей союзного первенства.
По большому счёту летом у нас только один по настоящему важный матч, 31-го июля мы играем с нашим главным преследователем, с Киевским Динамо.
После матча с «Днепром» отрыв так и остался в 5 очков. Так что если не произойдет ничего экстраординарного, то все те же 5 очков будут нас отделять от киевлян перед очной встречей. А уж если и там нам будет сопутствовать удача, то 7 баллов — это уже очень хороший отрыв, который может позволить нам достаточно комфортно финишировать в чемпионате. Или как минимум он позволит нам не провалиться в конце августа — начале сентября.
Это очень важно, так как на этот период приходится пятый Кубок мира FIFA среди молодежи. Или, если по-простому, чемпионат мира по футболу среди молодежных команд — то есть команд, чьи игроки моложе 20 лет. И «Торпедо» будет наиболее пострадавшей командой от этого чемпионата. Само собой, никакой паузы не предусмотрено во время турнира. И клубы не имеют права отказаться и не отпускать своих игроков в расположение команды Сергея Мосягина.
В «Торпедо» таких четверо: я, братья Савичевы и Дима Харин будут в заявке на турнир. И 24 августа мы должны будем выйти на поле в матче против австралийцев в Минске. Это будет первая игра для сборной Советского Союза в нашей группе.
