Ложная надежда полностью

Король протянул мне книгу, и я трясущейся рукой взял ее. На обложке, в самом низу, было выцарапано имя моего отца. Внезапно вспомнив одну деталь, я судорожно пролистал страницы. Они оказались исписаны его почерком, но это ничего не значило. Я добрался до места в конце, где к коже был пришит еще один кусочек. Осторожно отогнув внутреннюю часть, которая не доходила до шва, я прищурился. По телу разлилась слабость. Это действительно была его книга. На том маленьком кусочке неумело, моей рукой, было накарябано «Этан». Никто, кроме нас двоих, не мог об этом знать. Я сжал книгу в руках. Она не выглядела такой потрепанной, как моя, – наоборот, было видно, что с ней обращались бережно и аккуратно. Этот факт теплом разлился в душе. Король, нет, она заботилась о последней памяти, оставшейся от важного для нее человека. Я помнил, с какой теплотой и болью она отзывалась о нем. Мой отец действительно был прекрасным и добрым человеком.

Несмотря на шок от ее слов, я не испытал к ней ненависти, отвращения или страха. И уж точно не видел перед собой хладнокровного чудовища. Мне было жаль маленькую девочку, которая пережила такое. И я понимал отца. Даже больше, я осознал, что хотел бы поступить точно так же – попытаться ее спасти.

Правда о жестоком убийстве отца больно отдавалась в груди, но также я испытал гордость за его поступок.

Глубоко вздохнув, я смог успокоить бешено колотящееся сердце.

– Почему ты такой спокойный? – Она непонимающе смотрела на меня. – Кричи, выплесни на меня все, назови убийцей! – ее голос сорвался на крик. – Ведь это правда! Ну же! Ударь, разозлись! Скажи, что ненавидишь меня, боишься! Ведь ты здесь оказался только потому, что я понял, чей ты сын. Тебя используют только по моей вине. Твоего отца убили из-за меня. Я – причина всех твоих мучений. Ты должен ненавидеть и презирать меня.

– Не стану, – мой голос прозвучал твердо и уверенно. – Я не стану говорить того, чего на самом деле не испытываю.

– Тебе настолько все равно? Ты такой безвольный?

Ее слова пытались ударить все сильнее, но я знал, что все они – отголосок ее собственной боли, которую она хранила в себе все эти годы. Возможно, она боялась встретиться со своими страхами и похоронила их в глубине своей памяти. А теперь они вырвались на свободу. Перед ней стоял сын дорогого ей человека, которого она обрекла на смерть. И также перед ней стоял убийца ее единственной любви и надежды.

– Наверное, так. Может, пошел в отца? – пожал я плечами.

Внутри было странно пусто.

Ее глаза заблестели.

– Ты должен меня ненавидеть, должен! – Она опустила голову, и голос зазвучал приглушенно. – Иначе я не смогу дальше… Я не хочу, чтобы ты меня прощал, я хочу, чтобы ты меня ненавидел.

– Зачем вам моя ненависть?

Она молчала.

– Почему вы так хотите, чтобы я принял его предложение?

Тишина.

Догадка промелькнула в голове – она все знает.

– Он вам рассказал.

Тишина.

– Я понял вас, Ваше Величество.

Мне достаточно быстро удалось найти его. Эмилий вместе с Вивеей стояли на том самом балконе.

– Этан! – Он был так рад моему появлению, что я невольно улыбнулся.

– Если я уеду с вами на некоторое время, то вы предоставите военную поддержку моей стране?

– Верно.

– А если через это некоторое время я решу вернуться?

По его лицу пробежала печаль.

– Я уже сказал тебе, что не могу причинить вреда Словотворцу. Боги проклянут мой род. И если это будет твоим выбором, то, значит, я недостоин обрести такого союзника и друга.

– Я согласен.

Его глаза радостно вспыхнули, а улыбка стала еще шире. Но потом он резко нахмурился.

– Почему ты так быстро поменял свое решение? – Понимание озарило его лицо. – Он сказал тебе о нашем разговоре?

Значит, она обо всем знала.

– Да, но дело вовсе не в этом.

Он осторожно, хоть и с долей недовольства, покосился на свою спутницу. Эмилий ничего не сказал, но я понял, в чем было дело, и улыбнулся.

– И не в ней тоже, хотя она пыталась меня убедить.

Вивея, хмыкнув, демонстративно отвернулась. Сейчас она выглядела более естественно, а необычная красота, как наваждение, растворилась с лучами солнца.

– Прости, Этан, я не знал… точнее, узнал позднее, и поверь, она получила от меня выговор. Я не любитель грязных игр, но вот она…

Он беспомощно развел руками.

– А я сделаю все ради Его Величества. – Вивея упрямо вздернула свой острый подбородок. – И мне ни капельки не стыдно!

Я рассмеялся.

– Мне стоит у нее поучиться. Но, как я уже и сказал, дело не в этом. Дартелии нужны войска, а мне – знания, хотя я до сих пор очень сильно сомневаюсь в ваших словах. Это все напоминает одну из древних легенд.

– Честно, но меня устроит и такой вариант, ведь я все еще надеюсь изменить твое мнение. Я улажу все формальности, и завтра мы сможем покинуть эту страну.

Мой выбор был не таким. Но ее отчаяние помогло понять, что мое присутствие только усугубляет положение. Оставаясь здесь и ничего не зная, я мог причинить только больше боли нам обоим.

Я практически закончил складывать свои немногочисленные вещи, когда в мою комнату, как всегда без стука, зашел советник. Я даже не удивился.