«Согласно полученной мною информации, данный клинок одноразовый, но при этом непомерно мощный, по одной из легенд им можно убить „бессмертное“ существо. Разумеется слово бессмертное здесь применяется как условность, показывающее на то, что кинжал способен погубить даже очень могущественную сущность, — нахмурился Зигфрид, глядя на золотую шкатулку, — они что хотят чтобы я еще какого-нибудь „чревоугодца“ прирезал? Только подобное ему существо может быть целью такого оружия. Для всего остального это будет пустая трата реликвии».
Откровенно говоря, подобная информация поставила юношу в тупик. Он уже начал понимать, что его старательно готовят к чему-то очень существенному и, учитывая что подготовкой заняты Ангелы, дело предстояло серьезное и скорее всего безотлагательное.
«Если миру не угрожает катастрофа глобальных масштабов, Высшие Силы не стали бы так откровенно вмешиваться. Вскоре произойдет нечто страшное, и похоже не время отсиживаться и строить из себя „недотрогу“, дело принимает серьезный оборот. Хотя мне по-прежнему очень многое непонятно. Ладно, главное сейчас начать наращивать личную мощь, за эти четыре месяца я уже освоил силы восьмой ступени, мой опыт в этом сыграл не последнюю роль. Но мне явно нужно большее, — Зигфрид посмотрел на свой второй по счету перстень — ограничитель, изготовленный после недавнего повышения силы, — понадобятся еще ограничители».
* * *
Раннее утро над пустошами близь безлюдных холмов у границы республики, всегда славилось своей исключительной ветреностью, вследствие чего здесь часто поднимались настоящие пылевые бури. И сегодняшний день не стал исключением, ибо стена непроглядной пыли уже накрывала равнины от горизонта до горизонта, и казалось, не знала ни конца, ни края.
Вот только нынешняя буря была необычной, ибо в ней то и дело происходили странные вспышки и слышались отзвуки сильных взрывов. А виной всему были две сверхбыстрые тени, что перемещаясь в пылевом облаке, сталкивались друг с другом из раза в раз, озаряя небо и сотрясая землю.
Битва длилась уже почти час и вот соперники решили передохнуть, и оба, не сговариваясь, выпрыгнули из бури.
— Ах ты дрянной мальчишка, как ты смог спрогрессировать так быстро за два с небольшим года, — исподтишка набросилась с обнимашками женщина, — и ты все это время молчал, говоря, что растешь по чуть-чуть. Что за секреты от собственной матери?
— Ты бы начала волноваться попусту и надумывать всякие глупости, — не сопротивлялся объятьям противник.
— А сейчас когда мой сын достиг таких успехов, совершенно непонятно каким образом, я по твоей логики не буду волноваться?
— Сейчас ты можешь сама убедиться в правильности моих тренировок и тому, что ни духовно, ни физически они мне не навредили.
— Разумно, — продолжая беззастенчиво обнимать сына, коего она не видела два года, с улыбкой сказала Амелия, — из-за этой проклятой работы я столько всего пропустила, гори оно все синим пламенем.
— Видимо, это была очень важная работа?
— Да, очень, поэтому я не могла отступить. Можно сказать, теперь наше будущее обеспечено на все сто.
— Отлично поработала мама.
— Не будь таким милым Зигфрид, я тебя сейчас съем.
— Не стоит.
— Полагаю, ты не скажешь мне, как достиг таких заоблачных результатов? Это ненормально как не посмотри, тебе сегодня исполнилось всего шестнадцать.
— У нас договоренность, я не спрашиваю о прошлом и твоей работе, а ты…
— Да знаю, знаю. Бяка ты Зигфрид.
— Весь в тебя мам.
— А вот это было лишнее! Кстати, где ты собираешься получать разрешение? Ты ведь знаешь что с твоей силой ты живое оружие, как собственно и я, а оружие регистрируют и лицензируют.
— Да знаю, — грустно вздохнул парень.
— Не будь мы связаны с Алмазными, у тебя бы уже возникли кое-какие проблемы.
— Разве для лицензирования не дается срок с шестнадцати по семнадцать?
— Официально да, но по факту тебя настойчиво об этом просят еще с четырнадцати, и это в своей стране, где ты имеешь права гражданина, для иностранцев все еще жестче.
— Ясно, тогда хотелось бы где-нибудь в глуши подальше от глаз, пройду годовое обучение и получу стандартную лицензию.
— Стандартную? — удивилась она.
— Не хочу выделяться, — показал ладони с четырьмя кольцами — ограничителями, новой модификации, он.
— Ясно, я если честно только за, — улыбнулась Амелия.
— Тогда подбери мне что-нибудь сама, я тебе… — остановившись на полуслове, Зигфрид ощутил как в его голове что-то загудело, а в следующую секунду яркая вспышка затмила взор.
Когда зрение пришло в норму, парень понял что прибывает в совершенно другом месте, которое в этом мире он еще не посещал, но по воспоминаниям из прошлого точно знал где находится.
«Главная площадь столичной академии, — произнес Зигфрид про себя, хмуря взор, ибо увиденное на этой самой площади, его не радовало».
Эрис, Сильфия, Аой, Клод, Кайл, Ксвим, Татьяна — все они были мертвы и лежали здесь изорванными и покалеченными, в лужах собственной крови скапливающейся в кратерах от бушевавшей недавно битвы.
