Пока топал до дома, подбирал нужные слова, мысленно представлял наш диалог с Дашей, приводил весомые доводы, оправдывался, а потом махнул рукой. Будь что будет, моя жена меня любит, а это главное.
А ещё… Что-то внутри меня тихо-тихо, но с каждой секундой всё настойчивее пело – я займусь тем, что так отчаянно любил делать в той, теперь такой далёкой жизни. Я спортсмен, посвятивший всего себя этому делу. И вот судьба снова ставит меня на ту же дорожку. Хорошо ли это? Время всё расставит по местам. И чуйка нашёптывала – не отказываться, а попытать удачу.
По пути зашёл договориться насчёт дома. Хозяйка, вытирая руки полотенцем, отворила мне калитку после продолжительного стука.
– О, явился! – улыбнулась она во все тридцать два зуба. – Надумали?
– Да, денег у родни занял.
– Верно, кто же ещё поможет, как не родные, – зычный голос хозяйки разносился по всему двору.
– Через пару-тройку дней деньги будут. Мне нужно заехать до конца недели. С этим как?
– Пфф, – фыркнула женщина, – хоть завтра. Мой-то уже в городе обустроился, мебель, почитай, вывезли. Инструмент пока в сарае сложу, потом заберём. Мне только вещички подсобрать. Приноси деньги и заезжайте.
– Вот такой разговор мне нравится, – улыбнулся я ей, – жди меня через пару дней.
Женщина довольная, что теперь и сама сможет перебраться к мужу, долго ещё желала нам здоровья и всяческих благ, насилу я с ней распрощался и поспешил домой.
Дашу я встретил во дворе с Лизонькой на руках:
– А мы вышли воздухом подышать, – заметив меня, улыбнулась жена.
– Пойдём прогуляемся, – обнял я её, – мне нужно кое-что тебе рассказать.
Мы вышли на улицу и пошли по дороге к ручью, я изложил всю свою историю начиная с приезда в Свердловск.
Слова закончились и осталось наблюдать за реакцией жены. Даша присела на берегу ручья, бережно качая дочурку и опустив глаза на неё.
– Скажи, Егор, разве я хоть словом, хоть делом когда-то подвела или предала тебя? – она перевела свой взор на меня, и в нём читалась горечь.
– Что ты, милая, нет, – погладил её по руке.
– Почему же утаил всё от меня? Разве так поступают с близкими?
– Не хотел волновать, ты и так перенесла тяжёлую дорогу, а тут ещё я с боями…
– А жить в неизвестности, думаешь, мне было легче? Я ведь видела, что ты мне врёшь, сколько лет вместе прожили… Мысли все твои знаю даже до того, как ты их скажешь. Ждала, когда совесть тебя заставит сознаться.
Уткнулся в плечо жене:
– Прости, родная. Я пытался защитить тебя, всех вас.
– Не обманывай меня больше никогда, Егор, – жена заглянула, казалось, в самую глубину моей души, – если я не смогу тебе доверять, то… как жить дальше будем?
– Прости, Дашенька, прости.
Спящая Лиза поморщилась от солнечного лучика, скользнувшего по её лицу, и улыбнулась одним уголочком рта, сладко посапывая во сне.
– Пойдём домой, – поднялась жена, – надо и остальным всё рассказать. Только детям не стоит. А Михаил и Ульяна поймут, им можно доверять, сам знаешь.
И снова тот же пересказ, только уже в кругу всей семьи. Отец крякнул, переваривая новости, Миша молчал, Ульяна облокотилась щекой на руку.
– Кхм, – начал шурин, – хорошо, что всё рассказал. Времена сейчас тяжёлые, и то, как ты зарабатываешь деньги не главное. Понимаю: семью поднять надо. Езжай со спокойной душой, мы с Улей, если что – поможем. Только по приезде… завязывай ты с этими поединками, найди нормальную работу.
– Так я и собираюсь поступить, – согласился с ним.
Все приняли новости без осуждения, как раньше боялся. А на душе сразу стало спокойно и легко, точно не просто камень, а целая глыба с неё свалилась.
– Вещи-то когда собрать? – улыбнулась Даша.
– К концу недели. Лука сделает для всех нас документы.
– Это какие же деньжищи для такого надобны? – нахмурился отец.
– Не переживай, рассчитаюсь после приезда с ним.
– Делай как знаешь, – махнул рукой старик.
– Поможете нам на новом месте обустроиться? – обвёл я взглядом всех собравшихся.
– Где это? – удивился Михаил.
– В том доме, который мы смотрели с тобой. Шен сказал, за это время заработаю достаточно, чтобы рассчитаться.
– Не рано ли? – прищурился отец. – Сначала привези нужную сумму.
– Я обо всём договорился, не переживайте.
– Ну если ты в состоянии купить дом, – развёл руками шурин, – то ехать точно стоит.
– Вот и я так подумал, – согласился с ним.
– Мы поможем, – кивнул Ульяна, – и мебель дадим. Не на полу же спать и есть.
***
Я снова стоял перед палатой Луки, ожидая, пока медсестра принесёт халат. Стоило мне отворить дверь, как послышался бодрый голос больного:
– Бугай! Проходи! Я тебя ждал.
– Здорово, Лукьян Модестович, тут вот Даша тебе ещё пирожков с капустой настряпала, – положил кулёк на тумбочку, из которого одуряюще пахло свежей сдобой.
– М-м-м, – принюхался Лука, – запах-то какой, домом повеяло. Спасибо жене своей передавай. Да, о деле. Приходил мой ювелир. Стоило ему твои монетки узреть, аж затрясся весь, а виду старается не показывать, чтобы потом цену сбить, – мужчина, запрокинув голову, расхохотался, – да я-то понял, у него только что слюни не текут. Он каждый золотой чуть ли не облизал, пока смотрел. В общем, сговорились мы.