Первыми его поразили запахи, теплые и насыщенные. Он не мог контролировать слюну во рту, глядя на груды копченой грудинки, тушеной свинины, печеной фасоли, сырного картофельного пюре и кукурузного хлеба. Но затем комиссар полиции опустил руку и поправил ремень, напоминая себе, что нужно вести себя соответственно своему положению. Он снова посмотрел на владелицу и прочистил горло.
Селена одарила его одной из своих победных улыбок, и комиссар был ненадолго ошеломлен; его лицо покалывало, как будто она слегка ударила его. Его сердце бешено заколотилось, когда она заговорила:
— Да, конечно. Мне было довольно сложно переехать в новый город и все обустроить. Но копчение мяса — это то, чем моя семья занимается на протяжении поколений. Хе-хе, я рада, что теперь могу считать комиссара полиции одним из своих клиентов. Может быть, мне стоит написать это на вывеске и повесить ее?
— Я — Арриетти снова прочистил горло. — Ну мне еще нужно попробовать еду, так что
Женщина улыбнулась и отошла на другую сторону небольшого ресторана. Комиссар Арриетти не мог отвести от нее глаз. Она была невысокой и имела чрезвычайно здоровую талию, с ее руками и ногами, подтянутыми от труда по перевозке и развешиванию всего мяса в ресторане. Ее каштановые волосы были уложены в тугой пучок над головой. Хотя он не хотел забегать вперед, Арриетти признавал, что она была
близка к его идеальному типу. К тому же, она переехала в Харон одна
Я должен быть осторожен нельзя создавать впечатление, что я использую свое положение, чтобы подцепить женщин,
— отчитал себя Арриетти. Он сделал глоток воды, освежая горло, а также очищая вкус.
Когда он приехал, он подумал, что она красивая официантка. Он был смущен, когда попросил поговорить с мастером-коптильщиком, чтобы обсудить выбор мяса, а она мило ответила, что предпочитает термин хозяйка коптильни , и представилась как Селена. С трудом сделав заказ, он виновато использовал свое высокое Восприятие, чтобы следить за ее движениями в задней части ресторана, пока она готовила еду.
Она действительно справлялась со всем сама. Так что не просто красивая женщина, но и способная Элмер Арриетти сглотнул. Он сделал еще глоток воды.
Внезапно он понял, что смотрит на Селену, а она смотрит на него в ответ, подперев подбородок руками. Когда в выражении лица Арриети появилось осознание, уголок глаз Селены сморщился в веселье .
— Что, тебе не нравится женщина, которая любит смотреть?
Когда рот Арриети отказался закрываться нормально, он взял вилку и засунул внутрь немного грудинки, чтобы выражение лица не было таким необычным. Начались обычные физические движения жевания. Но почти сразу же он забыл обо всем кокетливом выражении лица Селены; Элмер Арриетти немедленно достиг пика концентрации. Он мобилизовал свой образ так, что каждое из его чувств было обострено до предела.
— Это мясо
Следующие десять минут были размыты соусом барбекю и пикантными вкусами. Мясо было положено на язык Арриетти, где его приправленные соки и нежная мякоть превратились в кулинарный восторг. Хотя он обычно контролировал свой аппетит, в этот раз он не делал никаких попыток контролировать себя. Он продолжал жадно поглощать еду, пока поднос не был полностью чист.
Элмер откинулся на спинку стула и удовлетворенно вздохнул. Селена засмеялась, когда она шагнула вперед и подняла его поднос.
— У тебя отличное выражение лица. Именно поэтому я люблю смотреть, как едят мои клиенты, когда могу. Могу я принести тебе что-нибудь еще?
— На самом деле — Арриетти перевел дух.
Ее предыдущие комментарии определенно были немного кокетливыми, верно? Хотя было немного неловко, что он делает это на ее рабочем месте они оба взрослые.
Они могли вести себя как взрослые люди. И сердце Элмера трепетало так, как не трепетало уже лет двадцать. Но это был чрезвычайно взрослый трепет. И дело не только во внешности Селены, но и в ее готовке !
— Вообще-то Может быть, как-нибудь я снова приду сюда поесть с тобой.
Это было не совсем то.
У комиссара Арриети дернулось веко.
Селена улыбнулась.
— Конечно! Я открыта шесть дней в неделю. Вам сразу счет?
— Нет, я ээ, да, собственно, принесите счет. — Арриети почесал затылок. — Но я хотел сказать мы с тобой вдвоем может быть, не в твоем ресторане
— КооМииссаарр!
Запинающееся предложение Арриети было заглушено криком с улицы. В некотором смысле Арриети был рад, что его отвлекли: почему он ведет себя как мальчишка-подросток? Разве он не достаточно стар, чтобы эти нервы его не задевали? Но в то же время он почувствовал сосущую пустоту в животе; он узнал этот голос.
Хайфал ворвался в ресторан, а за ним следом остальные члены команды, которые с энтузиазмом лишили комиссара Арриети радости игры в боулинг. Это были те самые несколько десятков человек, которые постоянно наводняли аллею, делая ее шумной и оживленной в любое время дня. Именно они украли у Элмера его мирные минуты покоя. Группа столпилась за Хайфалом, быстро заполнив все свободное пространство. Столы и стулья были отодвинуты в сторону, чтобы освободить место для их сборища вокруг Арриети.