Октавиус поднял руку и потер свой рог. Даже если дрожь прекратилась, время сохранило свое смутное, хрупкое ощущение, когда он пытался прийти в себя.
Он перестал тереть рог только тогда, когда Эдрейн целеустремленно вышла из его спальни. Ее рот был искривлен в гримасе. — Либо у них больше храбрости, чем я ожидала, либо они действительно не знают, кто заплатил им за это. Но я бы хотела услышать второе мнение; свяжись с Рандидли. Возможно, его (Ловец Снов Долгой Ночи) сможет что-нибудь почувствовать.
Затем она отвернулась и нахмурилась, глядя на землю. Но как только Октавиус отправил сообщение Рандидли, Эдрейн снова обернулась и посмотрела на него. — Ах да, Октавиус? Они заплатили за то, что сделали с тобой. Эти двое будут слабыми, как мыши, до конца своей жизни.
Лэй’мель Тууэллете стоял под ветвями одной из металлических, древовидных статуй, ведущих вверх по невысокому холму к часовне. Он был глубоко раздражен своим нынешним положением, но старался не показывать этого на своем лице. Он был раздражен не из-за того, что его не пригласили в часовню на похоронную службу; честно говоря, это место кишело настолько могущественными фигурами, что Лэй’мель не осмелился бы даже дышать из страха оскорбить кого-то, кого он не мог себе позволить. Как неназванный член семьи Свакк, Лэй’мель ничего не значил даже для своих связей в семье. Его положение было ближе к положению подрядчика, чем члена семьи.
Он мог заключать сделки с семьей, но они немедленно отбросили бы его, если бы он перешел черту или если бы он оказался втянут в какие-либо трудности.
Лэй’мель щелкнул по металлической ветке перед собой, ненадолго остановившись, чтобы прислушаться к тихому звуку, который она издала. Он взглянул на человека, лежащего рядом с ним на земле, его раздражение неуклонно росло.
Как, черт возьми, эти похороны так долго длятся?
— Хотя я не могу дать вам точную оценку способностей (Гончей Призрака), поверьте мне, его легко недооценить; это тот тип коварного врага, который глубоко скрывает себя.
— Угу, — ответил мужчина с очевидной скукой. Это был мускулистый мужчина с бритой головой, лежащий на земле со всей расслабленностью бездомного, дремлющего на пляже. Загорелые руки мужчины были покрыты чернильными рисунками, поистине варварским обычаем, по мнению Лэй’меля, но самым поразительным аспектом этой фигуры был не сам мужчина: это был огромный черный двуручный меч, лежащий на земле рядом с ним, покрытый синими (Гравюрами).
Лэй’мель был осторожен, чтобы стоять по другую сторону от мужчины, подальше от меча. Его инстинкты просто не позволяли ему небрежно приблизиться.
Мужчина залез в мешочек на поясе и вытащил небольшой кусочек конфеты в непрозрачной пластиковой обертке. Он открыл обертку и засунул предмет в рот. Почти мгновенно из его носа и рта начал вырываться туман. Мужчина ухмыльнулся Лэй’мелю, казалось, что это призрак, парящий в локализованном тумане. — Хочешь? Эти леденцы (Ледяной Глыбы) очень вкусные. Очень освежают. Мне действительно нужно купить больше.
— Нет, спасибо, — автоматически ответил Лэй’мель. Он перестал щелкать металлическими ветвями и начал сжимать металл рукой. Поскольку он мог заключать сделки с семьей Свакк, у него был некоторый доступ к внутренней информации. Если он сможет получить очень подробную информацию о Рендидли (Гончей Призраке) или даже захватить его живым, у него будет шанс официально носить имя Свакк.
Его сердце бешено заколотилось. Это была цель, к которой он так долго стремился
Лэй’мель вздрогнул и ослабил хватку; он сжал так сильно, что на его ладони теперь зияла кровоточащая рана. Он согнул руку и наблюдал, как плоть постепенно срастается. Затем он снова начал щелкать металлом.
После того как рана полностью зажила, Лэй’мель прочистил горло и продолжил говорить. — Один из образов (Гончей Призрака) связан с жизнью. Другой, похоже, какая-то духовная фигура. И, если вы можете в это поверить, похоже, что у него даже есть третий образ того же калибра. Ах, очевидно, что каждый отдельный образ не сравнится с вами, мистер Данн. Но в совокупности
— Это интересный метод использования образов, — ответил Велио Данн, широко зевнув, так что у него хрустнула челюсть. На долю секунды показалось, что это ледяной дракон изрыгает свое дыхание в небо. Затем, когда он расслабился и улыбнулся, из его лица вырвалась новая волна тумана из-за конфеты. — Но!
Велио ткнул пальцем в Лэй’меля. — Ты портишь все мое напряжение! Это как хороший секс с незнакомкой в темном переулке; ты же не хочешь подписывать контракт, соглашаясь на все детали заранее! Половина удовольствия заключается в том, чтобы
жить
в этом сыром моменте и открывать эти детали вместе. Так что не рассказывай мне больше о нем! Я просто хочу увидеть его, всего один раз, чтобы понять, соглашусь ли я на работу. А если он слаб тьфу.
Мгновенно Лэй’мель покраснел. — Но я уже заплатил вам гонорар