Подобная работа всегда оставляла неприятный осадок у Элохамора, потому что это было очень далеко от того, чем, как он думал, он будет заниматься в службе безопасности. Но он глубоко вздохнул, насколько это было возможно, и вошел внутрь, которое было обставлено как джаз-клуб.
Мужчина с черными волосами, в металлической серой броне на торсе и босиком, злобно смотрел на четырехрукого человека, который дрожал в углу. Люди шарахались в стороны, стараясь не попасть под перекрещенные взгляды. Черноволосый мужчина улыбнулся. — Ты действительно думал, что я просто так спущу тебе такое проявление неуважения?
Глава 1536
Элохамор часто дышал, его легкие сдавила липкая паника. Он не смел моргать, чтобы не упустить чего-нибудь и внезапно не стать целью внимания этого злобного человека. Прошло всего две минуты с тех пор, как он и Кадан прибыли в Сюэйклок Лаунж , но за это время он понял одну вещь: дело не в том, что силы безопасности не хотят вмешиваться в подобные ситуации, а в том, что у них просто нет поддержки, чтобы противостоять кому-то действительно могущественному.
В среднем человек в Нексусе ничего не значит. Влияние приходит только с силой.
Элохамор и Кадан очень быстро были вынуждены отступить за пределы разбитых главных дверей, чтобы не пострадать от странного давления, которое высвобождал Рендидли Гончий Дух. Казалось, что этот человек идет в центре жадного вихря тьмы, пожирающего как физические объекты, так и образы тех, кто сопротивлялся.
Его движения были жестокими и разрушительными. Любое сопротивление подавлялось с крайней жестокостью. И по мере того, как его атаки становились все более частыми, тьма, казалось, становилась еще более зловещей.
Гончий Дух стоял в центре разрушенного клуба, все еще высвобождая эту липкую ауру, которая высасывала все сопротивление из оставшихся людей. Он держал свою четырехрукую цель в воздухе, сжав его горло рукой. Казалось, он изучает его, возможно, столкнувшись с осознанием того, что его требования о более искреннем извинении не будут удовлетворены, поскольку он сломал своей цели челюсть и лишил его сознания.
Конечно, такая реакция была бы осознанием психически здорового человека. Гончий Дух до сих пор не проявлял особых способностей к распознаванию фактов, лежащих перед ним. На показ были выставлены только его властный нрав и порочная гордость.
Возможно, в его голове сейчас зрел растущий гнев из-за того, что его желание не удовлетворяется. Элохамор испытывал огромное сочувствие к цели Гончего Духа, послушно записывая, какое имущество было уничтожено.
Влиятельный менеджер Сюэйклок Лаунж лежал, обмякнув, на полу, прямо там, куда Гончий Дух размазал его о мраморный пол за то, что тот посмел вмешаться. Его тело было покрыто тонким слоем щепок от стола, который когда-то стоял на этом самом месте. Элохамор видел обломки костей его рук, торчащие сквозь плоть.
Другая женщина, которая была соратницей цели Гончего Духа, все еще тлела в углу, ее руки и ноги были отрублены и небрежно разбросаны по совершенно тихой главной зоне лаунжа. Большинство других бывших гостей отступили наверх, когда стало ясно, что Гончий Дух даже не удосужится их заметить, если они не будут мешать его работе.
По крайней мере, целеустремленность Гончего Духа была благословением.
— Кхе, я полагаю. — Гончий Дух начал медленно говорить, но Элохамор подпрыгнул, прежде чем устрашающий злодей смог продолжить; фигура материализовалась позади него, прямо снаружи лаунжа Сюэйклок . Бросив на Элохамора раздраженный взгляд за то, что он преградил ей путь, трехметровая женщина уверенно вошла в разрушенную комнату.
Ее голос грохотал, когда она свирепо посмотрела на Гончего Духа. — Что здесь происходит?!? Неужели ты думаешь, что за твои действия не будет никаких последствий, Главный Инструктор Гончий Дух? Немедленно отпусти этого человека и пойдешь со мной; тебя будут судить перед трибуналом за твои преступления!
Когда она говорила, женщина, казалось, сияла ярким светом. Ее кожа была светящейся. Глядя на ее спину, Элохамор, казалось, видел одинокую горную вершину, когда сияние рассвета распространялось, чтобы нежно коснуться ориентира. Под этими драгоценными первыми лучами гора, казалось, превосходила физическую природу и становилась чем-то близким к божественному. Воздух гудел от размаха ее присутствия.
— О? — Тьма Гончего Духа неуклонно убывала по мере того, как сопротивление ему падало, но перед лицом этого нового прибывшего его лицо исказилось в диком ликовании. Его левый глаз стал чистым черным шаром, и изображение света, высвобожденного женщиной, невольно изгибалось и искажалось этим внезапно ощутимым голодом. Два изображения столкнулись друг с другом с физическим
хлопком, который эхом разнесся в пустом интерьере. — И кто ты такая, чтобы указывать мне, что делать?