Вот и остались в мире такие преступления, как пропуск медицинского обследования или прогула на работе. Да что там, за мусор на улице были такие дикие штрафы, что младенец не кинет фантик от конфетки мимо урны, не то что взрослый человек!
Тоска зелёная.
Лу, молча бредущая по улице к станции метро, чувствовала себя связанной по рукам и ногам. Она считала себя бунтаркой. Хотелось не спать ночами, танцевать, гоняться на машине по городу с нарушением всех правил. Иногда хотелось ограбить магазин, перевернуть на улице грузовой контейнер с элитным алкоголем и поглядеть, что будет, а ещё… нанять хакера, взломать эту дебильную систему и выписать себе разрешение на материнство. Два разрешения, на мальчика и девочку. Погодков, чтобы уж совсем дико.
Жаль, что хакеров Лу не знала. А если бы знала, то у неё никогда не будет столько денег, чтобы оплатить их услуги. Но вообще можно пойти учиться самой, хотя бы на заочное. Вот только она и в школе логические дисциплины едва дотягивала до семидесяти одного. Какое уж ей программирование, или чем там хакеры промышляют?
В метро пришлось стоять. Весь город ехал на работу. Водители, операторы, садовники, уборщики, няньки, учителя и врачи… Раньше люди мечтали, что роботы будут выполнять тяжёлую рутинную работу, освободив людям время для творчества. Потом думали, что искусственный интеллект сможет писать стихи, картины и сказки. Но оказалось, что поставить оператора-человека на кассу — дешевле и, неожиданно, прибыльнее. Покупатель предпочитал продавца, а не сканер покупок. И хотя совершенно любую вещь можно было заказать на дом, оглядеть ее и решить, покупать или нет, люди выползали из дома, тащились в магазины и потом обратно. Что это — генетическая память? Инстинкт добытчика: мамонта нужно выследить, убить и принести в пещеру? Когда мамонт приходит сам — это другое?
Лу точно знала, зачем она забредает в супермаркеты. Чтобы пошататься между витрин, поглазеть на товары, а потом купить что-то совершенно ненужное, но такое приятное. Удовольствие спонтанной покупки. С интернет-заказами так не выходило. Там закупалось строго по списку.
Так что человеческая рабочая единица по-прежнему оставалась самой востребованным ресурсом. И весь этот ресурс ехал на свои работы… вместе с Лу. Строго по утверждённому правительством графику.
И это отнюдь не улучшило ее настроения.
С плакатов на окнах вагона на Лу смотрели красивые молодые женщины с округлыми животиками: реклама санатория для беременных. На голографическом экране смеялись дети: «наше прошлое, наше будущее, наше вечное счастье». И словно для того, чтобы сломать ее окончательно, две возрастные женщины обсуждали беременность дочери одной из них. Как повезло девочке — получить разрешение всего в тридцать два! Идеальный возраст! А как сейчас заботятся о будущих матерях: сразу после зачатия они могут уйти в отпуск по беременности и отправиться бесплатно в любой санаторий. Там о них будут заботиться.
— Оно и правильно, — говорила дама с ёжиком фиолетовых волос и пирсингом в брови. — Чтобы воздухом дышали, чтобы гуляли побольше. И никаких нагрузок, кроме специального физкультурного комплекса!
— Наши-то бабки ещё на работу ходили беременные, — поддакивала вторая. — А потом что? Проблемы со спиной, тяжелые роды, больные дети. Все потому, что мать нужно беречь, это ценнейший человеческий ресурс!
— Верно. Так и ребёнок спокойнее будет, и молоко у матери не пропадёт. Никакая смесь не заменит материнского молока. Вот я, когда родила Стефана…
Лу ушла в другой конец вагона. Она чувствовала, что еще немного, и у неё начнётся истерика.
В здание департамента она влетела так быстро, словно за ней черти гнались. Только бы никого больше не видеть и не слышать!
Сегодня ей предстояло работать с Марком, которого Лу почти не знала. Для неё он так и оставался вредным типом в зелёных очках, хотя очки он носил только в тёмное время суток. У него был какой-то дефект зрения, и очки помогали ему лучше видеть. А в рабочее время он был просто обычный высокий мужчина, всегда в похоронном чёрном костюме с галстуком и с недовольным лицом.
— Лу, хорошо, что ты пришла. У Жанет что-то серьёзное, ее увезли в больницу. Что сказать, у неё происхождение такое… бывает. Не волнуйся, переработки будут оплачены в двойном размере.
— Да я не волнуюсь, — пробормотала Лу, тыкая в кнопки кофемашины в стиле ретро (сейчас она была очень модной). — А почему ты Сержа не вызвал?
— Он к родителям уехал. Не успел бы выйти. Жанет под утро прихватило. Слушай, ты можешь сгонять до медиков, забрать отчёт по нашему попаданцу? Надо подшить в дело.
— Возьми в сети.
— Там объёмные голограммы, у нас принтер их не печатает. Медики ближе, чем типография.
Лу вздохнула. Она предпочла бы сначала выпить кофе, потом полежать на диване, потом основательно позавтракать. Именно так начинался ее рабочий день в паре с Сержем. Но Марк не поймёт. И он старше по званию. Придётся идти.
