Перед глазами закружились пятна света, я едва слышала встревоженный голос Дайо, когда принц опустился на колени и начал трясти меня за плечи.
– Тарисай? Прости! Мне не стоило так поступать! Не стоило…
– Что случилось? – простонала я, отталкивая Дайо.
– Я пытался объединить наши разумы, – объяснил он. – Императоры делают это с советниками. Но срабатывает только в том случае, если человек любит меня.
– Ну,
Скрытая в стене дверца распахнулась настежь, и в Зал Снов ворвалась Мбали, неодобрительно прищелкивая языком.
Дайо подбежал к ней, взволнованно затараторив:
– Она не виновата, тетушка Мбали! Клянусь, она не виновата, не забирай ее!
– Дайо, – сказала Мбали, высвобождаясь из его хватки и помогая мне встать. – Ты провел испытание. Тарисай его провалила. Я предупреждала, чтобы ты не пробовал Луч сразу. Ты поторопился.
Дайо всхлипнул.
– Я только хотел, чтобы она осталась!
– Ты знаешь правила. У кандидатов есть лишь один шанс преуспеть.
– Но…
– Попрощайтесь, дети, – велела жрица, твердо взяла меня за руку и увлекла за собой.
Раньше я хотела уйти от Дайо. Чтобы мы оба были в безопасности. Но теперь сердце разрывалось на части: я никогда не имела друзей. Дайо мне
Почему все меня бросали?
Воспоминание о кричащем нонтском мальчике, которого стража выволокла силой, всплыло перед внутренним взором. Я понимала, что не могу пытаться высвободиться физически. Сердце бешено билось, а разум начал лихорадочно искать любые решения, словно кусочки головоломки. Невидимые учителя дышали в затылок, и я вспомнила слова Ву Ина:
Я собралась с духом и громко заявила Мбали:
– Я подчиняюсь только приказам принца. Не вашим.
Она строго посмотрела мне в глаза.
– Повтори-ка, дитя.
Я тяжело сглотнула.
– Я не подчиняюсь вашим приказам. Вы говорила, что нет ничего важнее преданности. Поэтому я никуда не пойду… – Я показала на Дайо пальцем и продолжала: – Если только
Мбали медленно и лукаво улыбнулась.
– Поздравляю, Дайо. Твоя подруга прошла проверку, которую провалили остальные кандидаты.
Дайо уставился на нее.
– А это была проверка?
Мбали кивнула, а на лице Дайо отразилось замешательство.
– Значит, все кандидаты, которых ты уводила раньше… На самом деле им необязательно было уходить?
– Никто не понимал указания так же хорошо, как Тарисай.
– И?.. – спросила я Дайо. – Ты хочешь, чтобы я ушла?
Он замотал головой.
– Ни за что! Она правда может остаться, тетушка Мбали?
Когда жрица кивнула, Дайо с радостным криком сжал меня в объятиях.
– А теперь ты любишь меня, Тарисай из Суоны?
– Конечно, нет! Прекрати! – хмыкнула я, отстраняясь.
Но мы оба едва сдерживали смех, опьяненные новообретенной властью. Если даже советники императора не могут нам приказывать, то кто вообще на такое способен?
– Разум Тарисай должен принять твой Луч, – напомнила Мбали принцу. – Так что пока ты не можешь предложить ей место в Совете. Но дай девочке время. Если она пройдет и другие проверки, ты помажешь ее.
Дайо радостно запрыгал на месте, когда Мбали удалилась.
– Это будет просто, Тарисай. Тебе надо будет решать головоломки, овладеть боевыми искусствами, изучать науки, политику и религию, и, когда ты наконец меня полюбишь…
Он достал из-за ворота туники цепочку с золотым флаконом.
– Это масло из крыла пеликана, – сказал он с благоговением. – Если ты примешь мое предложение, я помажу тебя. Тогда ты станешь одной из Одиннадцати. Навсегда.
Кровь в моих жилах превратилась в пламя.
Комната поплыла перед глазами, и я услышала голос Леди, обжигающий, будто кипящее масло:
– Нет, – прохрипела я. – Нет!
Дайо непонимающе нахмурился.
– Тарисай? Что случилось? Я не хотел…
Его слова утонули в поглотивших меня тенях. Как бы я ни закрывала уши, все равно продолжала слышать голос Леди:
– Нет! – я попыталась отмахнуться от призраков, которые преследовали меня. – Нет. Ты меня не заставишь.
– Если ты не хочешь, – сказал Дайо печально, – то я ничего не смогу сделать.
– Я не о тебе, – возразила я. – Я о…
Меня прошиб холодный пот. Воздух наполнился запахом жасмина, от которого я начала задыхаться.
Я прошептала едва слышно:
–
И комната померкла.
В мире снов, окрашенном в цвета родной саванны, надо мной парил Мелу. Его плоть была прикована к янтарному озеру, но дух свободно пересек долины и реки, чтобы просочиться в спальню дворца Ан-Илайобы.
