Иоанн перечитал подзаголовок: «Автор: Иоанн Н. Касидроу, студент Академии Аббертона». Ему определённо нравилось, как смотрится его имя на плотной бумаге.
– Мне вышлют электронную копию? – спросил Иоанн.
– Попроси их, – ответил профессор Бишоп.
– Мне нужно ещё несколько экземпляров.
– Свой я тебе не отдам, – Бишоп откинулся в кресле и попытался свернуть толстый журнал в трубочку. – Сохраню на память.
– У вас таких много, – рассмеялся Иоанн.
– Купи, – сказал Бишоп. – Пока не распродали тираж, купи, сорви ценники и дари кому хочешь.
– Мне нужно хотя бы отправить отцу. В печатном виде.
– Вот тебе для отца. – Бишоп показал Иоанну на оставшийся на столе третий экземпляр журнала.
– Как-то мало для авторских экземпляров, всего три штуки.
– Они хотели отправить один.
– Это вы выбили у них три?
– А как же. – Бишоп прекратил раскачиваться в кресле и положил журнал на стол.
– Спасибо.
– Работа действительно хорошая, – заключил Бишоп. – Ещё раз поздравляю.
– Спасибо.
– Теперь не торопись. – Иоанн кивнул, стараясь не выдать скуки в преддверии наставления. – Сейчас закладывается основа твоей репутации. Не испогань её с самого начала, – Бишоп задумчиво наклонил голову и посмотрел на свой раздавшийся живот, еле обхватываемый подтяжками. – Когда-то я написал статью… там Нельсон принял смерть на корабле под названием «Слава». Что-то замкнуло в голове, и «Победа» у меня превратилась в «Славу». Редактор не заметил, и так опубликовали…
– Иногда такое случается, – понимающе сказал Иоанн.
– Через двадцать лет эту статью отыскали, – усмехнулся Бишоп. – И дали мне по мозгам. И правильно сделали.
– Вы писали о Нельсоне?
– Там о Нельсоне было буквально два слова. Хотел ввернуть красивый оборот, и вот, пожалуйста, стыда натерпелся.
Иоанн улыбнулся.
– Будь внимателен, – посоветовал Бишоп, его взгляд упал на часы в углу кабинета. – И что-то мне подсказывает, что ты уже не внимателен.
– В каком смысле?
– У тебя лекция по теории государства через десять минут.
– Так я успею.
– Иоанн, если ты думаешь, что тебе вовсе не обязательно ходить на лекции… – Бишоп помолчал, – то, возможно, ты и прав.
– Правда?
– Нет.
– Хорошо.
– Иди, – сказал Бишоп. – И я до сих пор не получил тезисы твоей семестровой работы.
– Я ещё не уверен насчёт темы.
– Мне кажется, ты не совсем уверен насчёт того, с кем тебе проводить выходные, – усмехнулся Бишоп. – В любом случае, мистер Касидроу, завтра тезисы должны быть во «входящих» у меня в компьютере.
– Я постараюсь.
– Иоанн, ты студент, который на первом году обучения опубликовался в оксфордском научном журнале с мировым именем. Я не верю, что тебе сложно написать тезисы для работы по политологии, – Иоанн молчал. – Да, я понимаю, ты до сих увлечён своей Византией… В таком случае придумай, как совместить твоей интерес с требованиями учебного плана.
– Мне интересна современная политика, – ответил Иоанн.
– Знаю-знаю. Скажем, вот что… – Бишоп почесал лысую макушку. – Как насчёт принципов византийской дипломатии в приложении к… американской внешней политике начала двухтысячных?
– Мне… – Иоанн задумался. – Высказывались мнения, что гибкая стратегия византийцев – то, что нужно Америке.
– Да-да, об этом я и говорю. Но без особой фактологии – общие принципы, как всё было устроено, кто что писал и насколько это актуально.
– Я пришлю вам тезисы сегодня вечером, – сказал Иоанн.
– Вот спасибо! – засмеялся Бишоп. – Ты будешь их писать вместо лекции?
– Во время. – Иоанн складывал полученные от Бишопа журналы в портфель. – Я напишу вам вечером.
– Вечером я буду смотреть игру «Лестера» с «Сити», а твои тезисы посмотрю завтра утром.
– До свидания, – попрощался Иоанн, закрывая за собой дверь кабинета и оставляя Бишопа наедине с непроверенными работами других студентов. В голове Иоанн сделал пометку ещё раз поблагодарить отца за куратора. Судя по жалобам сокурсников на своих либо насквозь пропахших нафталином, либо запанибратских, ходивших на занятия в кроссовках тьюторов, профессор Бишоп и правда был лучшим.
Иоанн направился к главному корпусу, где его курс, скорее всего, уже рассаживался в лекционной аудитории. Было холодно, моросил дождь, ботинки то и дело скользили по слякоти. Иоанн поднял воротник, затянул потуже шарф и застегнул пальто на все пуговицы. Вдоль дорожки высились облетевшие кроны деревьев.
