Говорила Марина. Одноклассники прониклись ее словами, и не только соблюдали во всех классах чистоту, но и всем остальным ученикам говорили делать тоже. Конечно, не все сразу слушались, но узнав о старушке, стыдились того, что портят жизнь бабушке, и выкидывали мусор только в мусорные корзины.
— Спасибо за агитацию, Марина,— говорила я на четвертый день,— теперь я трачу гораздо меньше времени на мытье полов.
— И самое хорошее, что когда Зинаида вернется, чистота сохранится,— отозвалась Марина весело,— я очень рада, что смогла помочь ей.
И правда, вернувшись, Зинаида очень обрадовалась, что ученики школы теперь сознательно соблюдают чистоту.
— Ты и твои одноклассники так помогли мне,— говорила старушка с теплотой в голосе,— не знаю, как и благодарить вас…
— Нам хватит мысли, что ваша работа стала чуть легче,— отозвалась я.
Бабушка, улыбнувшись, протянула мне конверт.
— Это твоя зарплата,— сказала она,— сможешь купить себе не только пальтишко, но и платьишко.
Я радостно кивнула, и сходила за обновками в тот же день. Немного денег осталось – их я припрятала далеко, чтобы вновь отец не отобрал…
========== Глава 8. Выжить в аду… ==========
Еще месяц протек скоротечно и мирно. В школе меня постоянно поддерживали и подкармливали, особенно Марина, в подъезде банда пропускала, не провожая даже словом, а родители не трогали и пальцем.
Наступил декабрь, дворики и улочки городка покрыло пушистыми сугробами снега, на витринах блестели гирлянды, народ готовился к Новому году. Я шла от Марины, наслаждаясь морозным воздухом, в немного смягченных до темно-бардового цвета сумерках, зашла в подъезд, увидев там банду как всегда…. Лишь небольшой укол страха ощутила, и направилась к лестницам.
— Эй, ты,— окликнул меня главарь,— иди сюда, разговор есть.
Я опасливо приблизилось – что им от меня нужно?
— Идем, мы покажем кое-что,— продолжил главарь, едва я подошла,— да не бойся, мы тебя трогать не будем.
Я пошла за ними к лестницам. Увидела, что люк в подвал не заперт, как всегда, а широко открыт, и невольно нахмурилась.
— Ты здесь поосторожней,— сказал один из банды,— упадешь – шею сломаешь.
— Спасибо, что предупредили,— отозвалась я,— но свалиться туда будет большой глупостью.
— Это как сказать,— произнес главарь.
Я не успела осмыслить эти слова – на макушку опустилось что-то тяжелое, и я упала, потеряв сознание.
… Очнулась я, ощущая, как болит макушка после удара. Я была в темноте, но вскоре глаза мои к ней привыкли, и я увидела парней из банды, всех четверых, стоящих напротив меня. Хотела сказать что-то гневное…. Но поняла, что не могу – во рту была какая-то тряпка, да и сам рот перетянули повязкой. Но руки и ноги не были связаны, поэтому встать я смогла. Огляделась хорошенько, увидев вокруг трубы с вентилями на некоторых.
— Мы в подвале,— сказал главарь, сделав шаг вперед – в его руке блеснул сталью острый нож,— здесь нам никто не помешает.
Я в испуге посмотрела на него – что они задумали?
— Мы решили пересмотреть свое отношение к тебе,— продолжал главарь,— в прошлом оно было немного предвзятым, но сейчас все будет иначе.
Он медленно начал подходить ко мне, и по странно блестящим в полумраке глазам я поняла, что ничего хорошего меня не ждет. Побежала прочь от него, надеясь выбраться…. Но поняла, что в ловушке – когда добежала до широкой трубы в углу подвала. Вжалась в стену, глядя, как он подходит неспеша…
— Я первый развлекусь с тобой,— сказал главарь с нехорошей ухмылкой,— а потом и мои друзья тобой заняться смогут.
«Ублюдки!— подумала я в ужасе,— они же меня сейчас насиловать будут! И зачем я только пошла с ними…»
Но жалеть о свершенном поздно – остается только пожинать плоды…
Думая об этом, я не заметила, как главарь вплотную приблизился ко мне, и начал лапать, по ходу стаскивая одежду. Первым было пальтишко, затем – кофточка…. Я пыталась сопротивляться, но безрезультатно – меня прижали к стене, сковали движения рук, держа за запястья, двое из банды…. А главарь уже стаскивал с меня колготки. Прошелся жадными руками по голым ногам…. Я попыталась пнуть его, но не преуспела – нога моя была остановлена сильной рукой главаря.
Дольше всего главарь возился с платьем. И когда оно было отброшено в сторону, на мне остались только трусы.
— Блин, не грудь, а два прыщика,— процедил главарь недовольно, сжав холмики моих грудей,— но у тебя точно есть кое-что поинтересней…
Одна его рука спустилась к низу живота, стянула с меня трусы…. Я зажмурилась от страха, сжала ноги, твердо зная, что буду бороться, пока есть силы…. И, ощутив, как пальцы главаря прошлись по моей промежности, дернулась всем телом.
— Тише, девочка,— прошептал главарь, и я почувствовала под ребрами нож,— будешь дергаться – этот ножик порежет тебя на фарш. Ты ведь не хочешь этого?
Я в отчаянии помотала головой, слезы безнадежности потекли по моим щекам…. И была вынуждена ощущать, как рука главаря гуляет по моим половым губам, зная, что ничем не могу помешать…
