Устроившись в нише у окна, напротив двери в очередную аудиторию, она ждала начала следующего занятия. Однако долго оставаться в одиночестве не получилось. Едва она погрузилась в учебник по основам магии, надеясь, что после прослушанной лекции будет легче разобраться в том, что прежде казалось совершенно непонятным, как рядом раздался голос:
— О, наша магическая аномалия! Герэн, если не ошибаюсь? Гвеннет?
Повернувшись к говорившей, Гвен сразу узнала даму-профессора, с которой ей довелось иметь дело в день зачисления.
— Что это ты здесь делаешь? — не дожидаясь ответа, продолжила та.
— Жду, когда начнётся лекция, госпожа профессор…
— Профессор Марконти, — поправила та. — Не госпожа. Но разве сейчас не время обеда?
Дама говорила требовательно, даже с несколько резкими интонациями, однако чувствовалось, что это её привычная манера, не адресованная непосредственно Гвен.
— Я не голодна, — торопливо отозвалась она, не желая, чтобы профессор разгадала настоящую причину её решения. Ещё не хватало выглядеть жалкой в глазах одной из немногих людей, кто отнёсся к ней по-доброму.
Но профессора Марконти, похоже, было не так-то легко провести. Вместо того чтобы продолжить путь, куда направлялась, она подошла ближе и тоже стала у окна, окинув Гвен пристальным, чуть прищуренным взглядом.
— Освоилась здесь?
— Да, — поспешила уверить Гвен, потом добавила, вспомнив, что ещё не поблагодарила за данные в первый день подсказки: — Я вам очень признательна за помощь.
Та только хмыкнула в ответ — как-то непонятно хмыкнула, без насмешки или злости. Однако же Гвен сразу почувствовала себя глупой маленькой девчонкой.
— Нашему ректору стоило бы иногда спускаться на землю, — непонятно к чему вдруг заметила дама. Прозвучало это так, словно она разговаривает сама с собой, напрочь забыв о Гвен. — Только кто ж ему об этом скажет? Я вот точно не стану… Что с руками?
Гвен поспешно сжала испачканную ладонь в кулак, хотя было уже поздно.
— Случайно получилось… — тихо произнесла она.
— Ты это брось! — неожиданно резко оборвала профессор Марконти. — Не доросла ещё, чтобы гонор показывать. Обижают — жалуйся. А не то совсем пропадёшь. Соседи донимают?
— У меня нет соседей, — честно ответила Гвен. — Я живу на верхнем этаже, там всего одна жилая комната, остальные — подсобные помещения…
Профессор шумно вздохнула, даже ноздри затрепетали от гнева, и Гвен осеклась, закончила фразу еле слышно, гадая, чем вызвала такое недовольство.
— Поня-ятно, — угрожающе протянула Марконти, прищурившись ещё сильнее. — Значит, поселили на чердаке… Ещё что? С обедом какие-то трудности? Только не вздумай меня обманывать!
— Нет-нет, — торопливо отозвалась Гвен. — Я, в самом деле, не голодна… Я не привыкла обедать в большой компании, — упавшим голосом добавила она, видя, что дама не верит её ответу. — Схожу позже.
Профессор кивнула, отвечая каким-то собственным мыслям.
— Значит, питание, комната… — задумчиво пробормотала она себе под нос. — С расписанием всё в порядке… Так… Учебники получила?
— Да, — отчиталась Гвен, и вдруг неожиданно даже для самой себя продолжила: — Только мне отказались давать что-нибудь, кроме положенного…
— Вот как? — настроение Марконти казалось всё более воинственным. — Идём!
— Куда? — растерянно пролепетала Гвен, но профессор уже пошагала по коридору, и ей оставалось только поспешить следом.
Они пришли в библиотеку. Профессор уверенно миновала небольшую группу ожидающих и остановилась, только вплотную приблизившись к столу библиотекаря, который как раз сосредоточенно вносил данные в чью-то карточку.
— Позвольте вас побеспокоить, любезный господин Атталь, — нарочито-любезный тон совершенно не вязался с профессором Марконти и поэтому парадоксальным образом прозвучал едва ли не оскорбительно.
Библиотекарь поднял голову. Он недовольно нахмурился, демонстрируя возмущение тем, что его отрывают от работы, но профессор продолжила, не дав ему вставить слово:
— Позвольте узнать, на каком основании вы препятствуете учебному процессу, отказывая студентам в праве взять книги, которые, смею напомнить, являются собственностью Академии, а не вашей?
— Что за вздор? Покажите мне студента, который не получил положенных ему учебников.
— А речь не о положенных учебниках, а о дополнительных книгах, которые точно так же должны быть доступны любому — надеюсь, вы понимаете значения слова «любой» — студенту, — твердо возразила профессор Марконти, не позволяя сбить себя с толку.
— Этих книг на всех не хватит, — не теряя уверенности, отмахнулся библиотекарь. — Если кому-то не досталось, не моя вина.
— Если кто-то не успел обратиться, пожалуй, не ваша, — с обманчивым дружелюбием согласилась Марконти. — Однако если нужные книги лежат на полках, а вы отказываетесь их предоставить…
— Они отложены по просьбе достойных студентов и будут выданы со дня на день! — сварливо оборвал господин Атталь.
Это было ошибкой. Профессор Марконти прищурилась, что выдавало крайнюю степень раздражения, и резко, уже не заботясь о внешней вежливости, бросила: