— Она уже привлекла слишком много внимания, — с отчаянным упорством продолжил он гнуть свою линию. — О воспитаннице графа уже наслышан весь высший свет, он даже успел вывести её в общество. Если сделать, как вы предлагаете, опять же не избежать скандала, только уже другого рода. Вы ведь сами знаете, люди и без того немало взволнованы, что расследование до сих пор не принесло результатов. Это при том, что пока проблема почти не затрагивала аристократические круги; единственная исчезнувшая, которая имеет отношение к знати, была из давно обедневшего и малоизвестного рода. Но чего ждать, если все утвердятся в мысли, что даже принадлежность к более чем достойному роду не обеспечивает безопасности? Как вы думаете, против кого все ополчатся?
— Но ведь девчонка не относится к семье де Лаконте, — уже не так уверенно возразила императрица. — Всего лишь воспитанница. Такая же безродная, как большинство пропавших.
— Он прав, — неожиданно произнёс император, не скрывая досады. — В данном случае будут думать не о девке, а о том, что даже покровительство самого ректора Академии ничего не значит и не может защитить ученицу той же Академии. Представители нашего же окружения окончательно перестанут чувствовать себя спокойно, особенно те, чьи дети сейчас учатся. Возмущений не избежать… Так что вы предлагаете? — решив, что и от этой идеи придётся отказаться, правитель наконец вспомнил, что так и не дал советнику договорить.
— Дать девушке закончить обучение, а потом назначить её на какую-нибудь должность, которая позволит ей бывать во дворце, — поспешно, пока голову кого-нибудь из правящей четы не озарила очередная безумная мысль, сообщил де Триен. — Тогда будет возможно обеспечить им с наследником тайные встречи.
Император надолго задумался, и барон наконец смог перевести дух. То, что его предложение не встретило немедленного неприятия, уже было хорошим знаком. Можно надеяться, что основную угрозу для Гвен ему удалось отвести.
— Пожалуй, можно будет подыскать для нашего сына достойную официальную фаворитку, которая сумеет войти в положение, и назначить эту девчонку её компаньонкой, — снова вступила правительница. — Так встречи легко будет организовать, и ни у кого не возникнет лишних вопросов.
Де Триен промолчал. Спорить дальше не было никаких сил. Да и несвоевременно. Он и так многого добился, учитывая, с чего вообще начинался разговор. Главное — время выиграно, у Гвен впереди несколько лет обычной спокойной жизни. А дальше… Кто знает, что будет дальше. В конце концов, император уже немолод. Разве не может случиться так, что в обозначенный час судьбу Гвен будет решать уже вовсе не он?
— Я решу вопрос с сыном. Не сомневаюсь, он прислушается к доводам разума, и нам не придётся ничего переигрывать, — проговорил император, давая понять, что решение окончательно утверждено. — А вы разберитесь с девкой и графом. Нужно связать их клятвой неразглашения. Надеюсь, пока ещё эта особа никому не успела что-нибудь разболтать!
— Не думаю, ваше величество, — поторопился уверить барон, мысленно отметив, что о случившемся на балу уже осведомлена по крайней мере Агата.
Впрочем, если всё-таки возникнут сложности, на неё вряд ли можно будет рассчитывать. Она осторожна и никогда не поставит чьи бы то ни было интересы выше собственных.
— Насколько я слышал, девушка ещё не обзавелась здесь друзьями, — в первый раз прямо солгал он. — Так что вряд ли могла с кем-то, кроме опекуна, поделиться впечатлениями о вечере.
— Что ж, это хорошо, — заметно успокоившись, кивнул император. — Было бы славно обставить всё, как мы решили, без неприятных историй.
Де Триен склонил голову, выражая полнейшее согласие с императорскими умозаключениями, и поспешил распрощаться.
Проходя по бесчисленным коридорам и анфиладам дворца, он задался вопросом, не обсудить ли сразу же ситуацию с наследником? Как-никак, главное заинтересованное лицо, и если преподнести состоявшийся разговор с императором в нужных тонах, в правильном разрезе передать собственное беспокойство… Однако риск был бы слишком велик. Настроения принца он не знал точно, а император ясно дал понять, что не желает вмешательства в семейные дела.
Нет, лучше понадеяться, что пока всё в любом случае пойдёт в соответствии с только что придуманным планом. А дальше будет видно…
Несмотря на то, что было уже далеко за полночь, в доброй половине окон графского дома горел свет.
Встретившая де Триена экономка не выразила ни тени удивления по поводу позднего визита и сообщила, что господин де Лаконте ожидает его в кабинете. Похоже, ректор нисколько не сомневался, что он не станет откладывать визит на утро.
Едва взглянув на своего бывшего наставника, барон понял, что нет смысла спрашивать, известно ли тому о произошедшем. Ректор давно не выглядел настолько встревоженным и растерянным.
— Только из дворца? — вместо приветствия осведомился он, едва завидев де Триена. — Долго…
