— А что с ним такое?
— Насколько хорошо вы его знаете?
Доктор Улье схватил скальпель, все еще лоснящийся от крови, и наставил его на меня.
— А ну повтори, что ты сказал, и я пошлю к черту свою клятву Гиппократа. Не посмотрю, что ты в два раза больше меня, и вспорю тебе брюхо.
Доктор протянул руку к лежащему рядом с ним трупу.
— Как видишь, у меня это неплохо получается, — добавил он.
— Выходит, вы не его фанат.
Доктор Улье бросил скальпель на столик:
— Хотите, расскажу вам кое-что о своем опыте общения с Ваадом Дендонкером? В первый раз дорожки наши пересеклись десять лет назад. Я был как раз здесь, работал. Вдруг дверь распахнулась. И ко мне ввалились два его амбала. Без стука. Без извинений. Вообще не сказали ни слова. Заговорили потом. А сначала просто вручили мне конверт. А в нем была фотография. Моего брата. Возле своего дома. В Альбукерке. Я, видите ли, не женат. Мои родители давно умерли. А брат мой, Дональд, — последняя родная душа, что у меня осталась. И этот мордоворот говорит, мол, если я хочу еще раз увидеть брата живым, то должен пойти с ними.
— И вы пошли?
— Ну конечно. Они сунули меня в армейский джип — грязную развалюху. И вывезли куда-то в пустыню. Может, миль десять отсюда. Сейчас уже трудно вспомнить. Подъехали к группе каких-то людей. Среди них был и Дендонкер. С ним пара его парней. И еще пара каких-то других. Никто не сказал мне напрямую, кто они такие, но я догадался, что это покупатели. Должно быть, попросили что-то продемонстрировать. Была уже заранее выкопана яма. А в ней две женщины. Обе голые.
— Кто они были?
— Я не признал ни той, ни другой. Потом уже амбал, который меня возил, сказал, что они работали на Дендонкера. И ослушались какого-то его приказа. И вот такие последствия. Дендонкер бросил гранату. Она упала в яму, и оттуда послышались вопли. Потом взрыв. Все бросились вперед. Посмотреть, что получилось. Я смотреть не хотел, но Дендонкер меня заставил. Поверьте, я на своем веку повидал много ран. Сам резал людей во время операций. Да что там, видел такую кровавую бойню, что и представить трудно. Но тут было хуже. Господи, что они сделали с этими бедными женщинами… Это было отвратительно! Мне сразу стало плохо, и меня вырвало прямо там, где я стоял. Я боялся, что Дендонкер заставит меня что-то делать с останками. Но нет, слава богу, пронесло. Один из его дуболомов сел в джип с бульдозерным ножом спереди. И просто заровнял яму. А Дендонкер и его клиенты спокойно стояли и обсуждали свои дела. Те двое, которые меня привезли, доставили меня обратно в медицинский центр. И сказали, что дня через два ко мне в подвал доставят труп. Что я должен тщательно обследовать его, но официального заключения не писать. И быть готовым отвечать на вопросы.
— На вопросы Дендонкера?
— Да.
— А если вы не согласились бы?
— Они сказали, что тогда выроют еще одну яму. А в нее посадят моего брата. И заставят меня смотреть, как там взорвется граната. Сказали, что отрежут мне веки, чтобы я не смог зажмуриться.
— Ну а труп, о котором они говорили? Доставили?
— Да, через три дня. Я не мог спать, все думал, в каком виде они его привезут. В результате оказалось, что у него всего только огнестрельная рана. Повезло. То есть мне повезло.
— А после этого еще сколько было?
— Двадцать семь. По большей части с огнестрелом. Но были и с колотыми ранами. Парочка с черепно-мозговыми.
— И Дендонкер всех приходил осматривать?
— Он каждый раз приходит, — кивнул доктор Улье. — Точен как часы. Хотя в последнее время стал помягче немного. Сначала требовал предоставлять подробный анализ. Содержимое желудка. Состояние кожного покрова, состав веществ под ногтями. Требовал найти любые указания на то, что человек приехал из-за границы. В общем, все в таком роде. А сейчас он вполне довольствуется кратким описанием состояния тела.
— Но он все еще приходит смотреть на трупы?
— Точно так.
— Зачем?
— Не знаю. Может быть, последствия какой-нибудь болезни или психическое отклонение. Я не собираюсь заниматься психоанализом. Это не моя компетенция. Да и просто противно, до отвращения. Мурашки по коже. Когда он приходит, мне хочется только одного: поскорее бы он убрался отсюда.
Я промолчал.
— Впрочем, это не важно. На самом деле я хочу, чтобы он вообще никогда здесь не появлялся. Но заставить его не в моих силах. Так что приходится как-то терпеть.
— Я знаю, как можно заставить, — сказал я. — Для этого мне нужно лишь помещение морга.
— Если вы хотите покончить с Дендонкером и собираетесь это сделать в этом помещении, кто-то должен сыграть роль трупа. Кто? Уж не вы ли сами?
В ответ я кивнул и рассказал ему и про фальшивую огнестрельную рану в своей груди, и про реквизит, который мы собираемся использовать, чтобы все выглядело правдоподобно.
— А где будет произведен этот выстрел?
Я назвал ему место, которое в текстовом сообщении для Фентон назначил человек Дендонкера.
— Понятно, — сказал он. — А как вы собираетесь переправить свой труп оттуда сюда?
Этой детали я еще не продумал. Когда план действий и так полон дыр, неизбежно появляются новые.
— То есть вы не знаете? Так?
