Соня привезла меня к гостинице Фентон. Я пересел в «шевроле», и по лабиринту улочек она двинулась вслед за мной, пока мы не добрались до поворота с северной стороны от того самого дома. Она свернула туда, а я продолжил путь по улице, ведущей на юг. В конце этой улицы припаркованных автомобилей не было видно. И вообще в поле зрения не было ни одного автомобиля. Это могло означать, что люди Дендонкера клюнули на мою приманку с примерным временем моего прибытия. Или еще не приехали по какой-то другой причине. Это также означало, что, прежде чем покинуть машину, для нее придется подыскать другое местечко. Она слишком бросается в глаза, нельзя ее оставлять на той же дороге, по которой поедут люди Дендонкера.
Я повернулся, задним ходом сдал к большой дороге и попробовал заехать на застроенную жилыми домами улочку, расположенную с другой стороны. Проехав половину пути, увидел трейлер. Совсем древний. Похоже, его не двигали с места уже много лет. Колеса спущены. Стекла окон такие грязные, что сквозь них ничего не видно. Покрашен кое-как, бежевыми и бурыми полосами, заляпанными корочкой из песка и грязи. Но главное — меня устраивал размер. Нормальный седан легко спрячется за этот трейлер. Я поставил свой «шевроле» впритык к нему и пешком зашагал к дому.
Никаких машин поблизости все еще не наблюдалось. Я медленно приблизился к дому, пролез сквозь путаницу ветвей тесно растущих между ним и соседним домом деревьев. Заглянул в ближайшее квадратное окошко. Никого внутри не увидел. Проверил по очереди и другие окна. Нигде не видно было никаких признаков того, что там кто-то есть. Я осторожно обошел дом кругом. Прошел мимо входной двери и подкрался к большому окну на другом конце здания. Проверил окошко поменьше, в спальню. Никого. Стекла в ванной комнате были матовые, разглядеть ничего нельзя. Я поднырнул, согнувшись, прошел дальше, заглянул в спальню побольше. Там тоже никого.
Я подумал: если там внутри уже кто-то есть и им удалось как-то схорониться, то они будут ждать, что дверь откроется и их сообщники введут меня в дом. Тогда я двинулся в обратную сторону, вокруг дома, стараясь не проходить перед окнами. Сунул в замочную скважину ключ. Повернул. Присел на корточки и толкнул. Я считал: если мои движения будут замечены, эти люди подумают, что человек за дверью стоит во весь рост. И целиться будут на уровне головы — если, конечно, они предельно осторожны. Но за дверью никого не оказалось. Никто не смотрел в мою сторону. Никто не целился в меня из пистолета. Тогда я зашел и проверил весь дом изнутри. Заглянул в каждую комнату. Посмотрел через дыру в подвал. И убедился в том, что дом абсолютно пуст.
Машины, где я мог бы спрятаться, поблизости не было. Никаких строений или естественных укрытий, где бы можно было схорониться, тоже. Я вышел из дома, пошел обратно и пробрался в гущу деревьев. Сел и прислонился к стене дома. Ветки здесь росли достаточно густо и так же густо были покрыты листьями. Если не двигаться и не шуметь, человек может пройти в нескольких футах и никого не заметить. Хронометр в голове сообщил: если люди Дендонкера желают прибыть на место в то время, которое я им указал, то они будут здесь минут через пять, не позже.
Пять минут прошло. Ни одной машины не появилось. По дорожке не прошло ни одного человека. От Сони тоже никаких сообщений. Я продолжал оставаться на месте. Затаился как мышка и терпеливо ждал. Протикало еще пять минут. И еще пять. Человек из «линкольна» говорил, что ему ни разу не приходилось ждать более десяти минут. Я прождал еще десять. И еще. То есть прошло уже полчаса. Тридцать минут, после того как я остановился за домиком на колесах. Сам процесс ожидания мало меня беспокоил. Я готов был ждать хоть целый день, лишь бы результат был таким, какой мне нужен. Даже и всю ночь. Но вот понапрасну тратить время не очень-то хотелось. Какой толк сидеть на берегу с удочкой, если всю крупную рыбу распугали? Я снова на всякий случай проверил окна. Внутри все так же никого не было. И я отправился на параллельную улицу. Сразу же увидел Сонин флаг на колесах. Подошел и, сложившись пополам, втиснулся к ней в машину.
— Полный провал, — сказал я.
— Вот черт! — нахмурилась Соня. — И что теперь?
— Могло быть так, что они подъехали с этой стороны и увидели вас?
— Нет, — покачала она головой. — Пока сидела, вообще никто не проезжал.
Я совершенно не понимал, почему все пошло не так. Ведь все было продумано и до сих пор шло как по маслу. Может быть, текст надо было посылать с телефона его напарника? Или подбор слов в сообщении должен быть другим? А вдруг этот тип мне просто соврал? Вот почему я и хотел взять его с собой. Но не получилось, что поделаешь, так что теперь уже нет смысла на этом зацикливаться. Если люди Дендонкера не желают идти ко мне на своих условиях, самое время заставить их прийти на моих.
