Нэнси Уилер решает проблемы любой сложности.
***
Нэнси сидит за проектом третий час; за окном уже непроглядная тьма, и голова начинает гудеть, как одна из моделей паровоза, что были у её брата в детстве. Она медленно переводит взгляд с учебника на лист бумаги перед собой, но когда на телефоне загорается знакомый номер, усталость рассасывается с завидной скоростью.
— Привет, Нэнс, — городской шум почти заглушает слова, но она слышит этот голос, и сердце начинает отбивать бешеный ритм.
— Привет, — получилось куда более взволнованно, чем она хотела.
Нэнси морщится, потирая нос:
— Что-то случилось?
— Как дела? — этот будничный вопрос выбивает её из колеи.
— Готовлю проект по дизайну, зачеты сданы, вчера купила себе новую сумку, а Майк говорит, что Уилл нашел подружку, они уже совсем взрослые, — она чеканит слова, не вдумываясь в их смысл, лишь, чувствуя, что он впитывает каждое её слово.
Девушка судорожно соображает, что ещё она может ему рассказать, но замолкает, когда слышит то, от чего перехватывает дыхание, а гул в голове стихает.
— Я не могу без тебя.
Нэнси откидывается на стуле и смотрит в потолок. Огни проезжающих машин мерцают, окрашивая белизну в желтый. Мир вокруг начинает раскачиваться, и она выдыхает:
— Приезжай.
Телефон летит на кровать, ударяясь о подушку, когда в полной тишине раздается стук в дверь.
***
Мягкая телефонная трель окутывает комнату в общежитии Нью-Йорка, Нэнси резко садится на кровати, от чего учебник по истории искусств съезжает по ткани и падает на пол, заламывая страницы.
— Хэй, Нэнси! Не спишь? — бодрый голос Майка оглушает её, она переводит взгляд на часы.
— Майк, мы в одном часовом поясе, и сейчас далеко за полночь, — Нэнси трёт глаза и встаёт с кровати, наступая на многострадальную книгу.
— Отлично! Расскажи мне рецепт твоих фирменных вафель.
— Что? — Нэнси так сильно повышает голос, что где-то позади с подушки отрывается лохматая голова.
— Это Майк? — хриплый от сна голос едва различим, но Нэнси поворачивается и кивает. Голова падает обратно, проваливаясь в сон.
— Вафли, Нэнси, — требовательно повторяет Майк, сбавляя тон голоса.
— Твоя новая диета — вафли в час ночи? — она перекладывает трубку в другую руку и наклоняется, чтобы поднять учебник.
— Это вопрос жизни и смерти, Нэнс, — Майк мешкает, а потом добавляет. — Хочу приготовить на завтрак, и так как у тебя с утра экзамен, я звоню сейчас.
Она слышит идиотский смешок на другом конце провода, и в ответ улыбка озаряет её лицо:
— Джейн ночует у нас?
— Нэээнси, — брат растягивает её имя, и она знает, что щёки его пунцового цвета.
— Ладно, записывай, — она натягивает халат и выходит из комнаты.
***
Нэнси несётся по коридору, пробиваясь через толпы студентов. Хлопковая юбка мнётся, тяжелая сумка на плече с трудом выдерживает этот натиск, и, когда телефон в руке начинает вибрировать, она едва не рычит от усталости.
— Доченька, как твои дела? — Карен привычно тараторит, и Нэнси немного расслабляется.
— Мам, я в институте. Всё хорошо, — она отступает в сторону от потока и устраивается в нише, чтобы перевести дух. — Как вы?
— Отец никак не может починить дверь в гараж, а твой братец не ночует дома уже вторую ночь, но я не об этом. Холли в школу нужно подготовить костюм для сценки, я никак не могу найти твоё розовое платье с белым воротничком. Хотела его перешить. Не помнишь, где оно?
Нэнси вскидывает брови. Её мать умудрялась забывать важные даты или свои планы на неделю, но такие вещи, как старое платье, купленное больше десяти лет назад, она помнила прекрасно.
— Эм, — Нэнси поджимает губы, вспоминая, как это платье выглядело при последней их встрече. — Не думаю, что ты найдешь его, мам.
— На тебя вся надежда, Нэнси, я уже перерыла все ящики.
— Нет, мам я, кажется, отдала его. Да, я отдала его! — Нэнси кивает, убеждая саму себя в этой маленькой лжи.
— Очень жаль, — Карен разочарованно вздыхает и тут же снова воодушевленно продолжает. — А как у Вас с Джонатаном?
— Мам, — Нэнс усмехается, удивляясь её осведомленности.
— Джойс Байерс на прошлой неделе рассказала, что вы снова вместе, — мягко отвечает мать девушки.
— Всё хорошо, — Нэнси отрывает внимание от своих туфель и встречается взглядом с виновником их разговора.
— Ну, и славно. Заиметь с Байерсами общего внука – не самое плохое, что может случиться, — Карен зажимает трубку плечом и, как ни в чем не бывало, отправляет кусок бекона на сковороду, от чего мясо начинает шкварчать.
— Мааам, — девушка смеется, Джонатан касается губами её щеки и перебрасывает сумку Уилер себе на плечо. — Мне пора идти. Созвонимся позже.
— Хорошо, я перезвоню вечером, — женщина кладёт трубку, и очередной кусок бекона отправляется на сковороду.
***
Огромные снежные хлопья кружат в воздухе, мягко опускаясь на тёплую ткань пальто. Нэнси довольно выдыхает, и облачко пара окутывает лицо Джонатана. Он наклоняется, касаясь кончиком носа её шеи, и шепчет:
— Ты прекрасна, Нэнси Уилер.
