— Дамы, которые проводят со мной ночь, — сказал он, угадав ее мысли, — не спят в комнате для гостей. Моя сестра хранит там кое-какие вещи. Возьмите, что захотите. Алиса не будет возражать.
— Спасибо, — коротко ответила Эмили, налила воду в стакан и протянула ему вместе с таблеткой. — Хотите перекусить?
— Пожалуйста, не беспокойтесь, Эмили… вы выглядите измученной, — произнес Лукас с раскаянием. — У меня теперь все будет в порядке. Примите душ.
— Как насчет чая с неизменными гренками? — предложила Эмили. — И я с вами поем, — добавила она с большей, чем обычно, хрипотцой.
— Спасибо. — Лукас бросил на нее очень серьезный взгляд. — Послушайте, Эмили, я знаю, что иногда бываю невыносим…
— Иногда?
Он поморщился.
— Ну, большую часть времени, согласен. Но я глубоко благодарен вам за все, что вы для меня сделали.
Она коротко улыбнулась и пошла на кухню, слишком уставшая, чтобы возражать Лукасу, который был абсолютно неотразим, когда старался доставить удовольствие.
Удивленно подняв брови при виде этикеток на белье Алисы Теннент, Эмили ограничилась кружевными трусиками, а в остальном обошлась собственными вещами. Приняв душ и одевшись, с влажными кудрявыми волосами, падающими на прикрывающее ее плечи полотенце, она зашла проведать Лукаса. Он все еще выглядел осунувшимся, глаза запали, но температура явно снизилась.
— Вам стало лучше, — констатировала она с удовлетворением. — Хотите гренок с яйцом? Или с медом, с джемом?..
Он задумался, потом покачал головой:
— Спасибо, ни то, ни другое, ни третье.
— Тогда отложим яйцо на завтрак?
— Не будем пока о завтраке, Эмили. Может, доставите мне удовольствие и поужинаете со мной вечером? — спросил он и улыбнулся.
В ответ на такую улыбку Эмили захотелось сделать для Лукаса все, что он захочет.
— Конечно, — ответила она как можно веселее, — я сейчас.
— Вы просто ангел, — сказал Лукас, когда Эмили вернулась с подносом. — Все это прекрасно, но мне хотелось бы чего-нибудь более существенного.
— Да и мне тоже, — призналась она, садясь и по очереди облизывая жирные от масла пальцы, потом замерла и покраснела, увидев, с каким удовольствием он следит за ее движениями. — Еще гренок? — Она передала ему тарелку.
— Вы тоже возьмите, — потребовал Лукас.
— Мне хватит.
Эмили встала и протянула ему чашку с чаем. Лукас предложил:
— Ложитесь в соседней комнате, Эмили, я постараюсь вовремя принять лекарство.
— Так не пойдет, — отказалась она. — Я заведу будильник, и мы оба поспим, пока он не зазвонит.
Через двадцать минут Эмили удобно расположилась на диване, поплотнее закуталась в махровый халат Алисы Теннент, набросила сверху свой жакет и почти сразу уснула. Ей показалось, что прошли какие-то секунды, когда над ухом зазвонил будильник. Еще плохо соображая и дрожа от холода, она, спотыкаясь, пошла будить Лукаса.
Он крепко спал, но, к большому облегчению Эмили, простыни были сухими, а лоб не покрывала испарина. Она осторожно дотронулась до него.
— Лукас.
Густые черные ресницы медленно поднялись, и Лукас устремил на Эмили затуманенный взгляд. Мгновение он пристально и недоверчиво вглядывался в нее, потом глаза у него вспыхнули. Проворно протянув руки, он привлек ее к себе. Почти в тот же миг его губы прижались к ее губам в поцелуе, который совершенно парализовал Эмили.
Лукас навалился на нее всей тяжестью и стал сбрасывать с себя одежду. Его руки стащили с нее халат, и необыкновенное чувство охватило Эмили от ласковых прикосновений…
Эмили долго лежала, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя — она все еще дрожала. Наконец, повинуясь непреодолимому желанию вдохнуть полной грудью, она оттолкнула Лукаса, не глядя на него, потянула к себе халат и соскочила с кровати. Дрожащими руками она запахнула халат и туго завязала пояс, повернувшись к нему спиной, потом налила в стакан воды, достала таблетку, не глядя протянула ее Лукасу и торопливо направилась в ванную рядом с прихожей.
Эмили заперла дверь и села на край ванны, пытаясь успокоиться. Наверняка знаменитые сестры милосердия никогда не встречались с подобной проблемой, подумала она и начала хохотать, не в силах остановиться, даже когда Лукас забарабанил в дверь.
— Впусти меня! — выкрикивал он. — Ради бога, Эмили, успокойся и отопри дверь, пока я не взломал ее.
Его угроза подействовала как ушат холодной воды — истерика прекратилась. Эмили отперла дверь, открыла кран и наклонилась над ванной, чтобы ополоснуть лицо. Она нащупала полотенце, вытерлась и заставила себя наконец взглянуть на Лукаса.
Он выглядел бледным и измученным, волосы всклокочены, глаза — усталые, но по какой-то необъяснимой причине он больше не казался таким больным, как раньше.
Вот и новое лекарство от гриппа, подумала Эмили и слегка улыбнулась.
— Знаешь, что мне пришло в голову, когда… все произошло? — Она посмотрела ему в глаза. — Я человек практичный, Лукас Теннент, и первая моя мысль была о деньгах — теперь я не смогу работать у тебя, а при нынешнем состоянии моих финансов это плохая новость.
Лукас недоверчиво нахмурился.
— Я решил, что твоя истерика вызвана ощущением, что тебя изнасиловали.
