Здесь еще сильнее пахло сыростью – плесневелым заброшенным погребом. Где-то капал дождь. Шпрехшталмейстер представил нам Существо, «сшитое в лаборатории ночи из кусков мертвой плоти и наделенное нечеловеческой силой». Детище доктора Франкенштейна загримировано было неубедительно, однако без труда подняло каменный блок, на котором восседал дядюшка Фестер, и на полном ходу остановило дюноход, которым управляла вампирская женщина. Под конец он надул грелку, сдавил ее пальцами, и она лопнула.
– Несите суши, – шепнул я Джонатану.
Мисс Финч так же тихо заметила, что, помимо серьезного риска подхватить паразитов, следует принять во внимание, что голубой тунец, меч-рыба и патагонский клыкач в скором времени могут исчезнуть с лица земли ввиду чрезмерного промысла, поскольку их вылавливают быстрее, чем они успевают размножаться.
тянулась далеко-далеко в темноту. Потолок давно сняли, и теперь его заменяла крыша пустующего складского ангара в вышине. На краю зрения все мерцало приглушенным сине-лиловым светом ультрафиолетовых ламп. Зубы, белые рубашки и хлопья пыли засветились в темноте. Запульсировала негромкая музыка. Мы запрокинули головы – в вышине парили скелет, инопланетянин, оборотень и ангел. Их костюмы светились в ультрафиолете, и все четверо сияли на трапециях, точно давние сны. Они раскачивались туда-сюда под музыку, а потом разом сорвались и рухнули к нам.
Мы ахнули, но акробаты, не долетев, вновь взлетели четверкой живых йо-йо и взобрались на трапеции. Артисты, сообразили мы, работали на невидимых в темноте резиновых тросах, закрепленных на потолке; они бросались вниз и взмывали, они летали над нами, а мы хлопали, и ахали, и смотрели в блаженном безмолвии.
больше походила на сумрачный коридор с низким потолком. Шпрехшталмейстер побродил меж зрителей, выбрал двух – коренастую тетеньку и высокого чернокожего парня в дубленке и желтовато-коричневых перчатках – и вытащил их вперед. После чего объявил, что сейчас состоится показательный сеанс гипноза. Сделал пассы в воздухе и сказал, что женщина ему не подходит. Затем попросил чернокожего парня взойти на дощатый помост.
– Наверняка подсадной, – пробормотала Джейн.
На помост выкатили гильотину. Шпрехшталмейстер разрубил арбуз – показал, какое острое лезвие. Потом велел чернокожему парню положить руку под гильотину и дернул рычаг. Кисть в перчатке упала в корзину, а из обрубка хлынула кровь.
Мисс Финч взвизгнула.
Чернокожий парень достал из корзины отрубленную руку и погнался за шпрехшталмейстером вокруг площадки для зрителей под музыкальную тему из «Шоу Бенни Хилла».
– Искусственная рука, – сказал Джонатан.
– Я так и думала, – сказала Джейн.
Мисс Финч высморкалась в бумажный платок.
– Развлечение на очень сомнительный вкус, – заявила она.
И нас отвели в
где вспыхнул свет. За грубо сколоченным деревянным столом у дальней стены молодой лысый парень продавал пиво, апельсиновый сок и минеральную воду. Над столом висела табличка со стрелкой «Туалет», указывающей в соседнюю комнату. Джейн пошла купить минералки, Джонатан отправился в туалет, а мне пришлось неловко развлекать мисс Финч светской беседой. Честно сказать, я не знал, о чем с ней говорить.
– Я так понял, – сказал я, – вы вернулись в Англию совсем недавно.
– Я была на Комодо, – сказала она. – Изучала комодских драконов. Знаете, почему они стали такими большими?
– Э…
– В ходе естественного отбора они приспособились охотиться на карликовых слонов.
– А были такие слоны? – заинтересовался я. Гораздо веселее, чем слушать лекцию о глистах в суши.
– О да. Типичная островная биогеология: животные естественным образом тяготеют либо к гигантизму, либо к компактности. Существуют специальные уравнения… – И мисс Финч принялась объяснять, как и почему одни животные становятся больше, а другие, наоборот, меньше. Лицо ее оживилось, и я, в общем, несколько к ней потеплел.
Джейн принесла минералку. Джонатан вернулся из туалета, радостный и смущенный: пока он мочился, у него попросили автограф.
– Слушай, – обратилась Джейн к мисс Финч, – я сейчас читаю много криптозоологических журналов, собираю материал для следующего выпуска «Путеводителя по необъяснимому». Вот ты биолог…
– Биогеолог, – поправила мисс Финч.
– Ну да. Как ты думаешь, каковы шансы, что доисторические животные не вымерли полностью и живут до сих пор в каких-нибудь потаенных уголках Земли, о которых мы даже не знаем?
– Это вряд ли, – сказала мисс Финч тоном строгой учительницы, которая отчитывает нерадивых учеников. – Во всяком случае, на Земле нет никаких «затерянных миров» на неоткрытых островах, где до сих пор обитают мамонты, саблезубые тигры и эпиорнисы…
– Похоже на ругательство, – сказал Джонатан. – Кто?
– Эпиорнисы. Гигантские нелетающие доисторические птицы, – пояснила Джейн.
– А, ну да, – кивнул Джонатан. – Я просто забыл.
