– Как бы там ни было, люди волнуются. Кейтэрем долбит, как дятел, одно и то же: а вдруг Пища опять вырвется из-под контроля и опять начнутся всякие ужасы. Я не устаю повторять, что этого быть не может и не будет, но… Вы же знаете, каковы люди!
Уинклс еще некоторое время пружинисто шагал по комнате, словно собираясь опять заговорить о секрете изготовления Пищи, но потом вдруг передумал и откланялся.
Ученые переглянулись. Несколько минут говорили только глаза. Наконец Редвуд решился.
– Что ж, – с нарочитым спокойствием сказал он, – на худой конец я буду давать Пищу моему маленькому Тедди собственными руками.
Прошло всего несколько дней, и, раскрыв утреннюю газету, Редвуд увидел сообщение о том, что премьер-министр намерен созвать Королевскую комиссию по Чудо-пище. С газетой в руке Редвуд помчался к Бенсингтону.
– Я уверен, это все проделки Уинклса. Он играет на руку Кейтэрему. Без конца болтает о Пище и о ее последствиях и только будоражит людей. Если так будет продолжаться, он повредит нашим исследованиям. Ведь даже сейчас… когда у нас такие неприятности с моим малышом…
Бенсингтон согласился, что это очень дурно со стороны Уинклса.
– А вы заметили, что он теперь тоже называет ее только Чудо-пищей?
– Не нравится мне это название, – сказал Бенсингтон, глядя на Редвуда поверх очков.
– Зато для Уинклса в нем вся суть.
– А чего он, собственно, к ней прицепился? Он же тут совершенно ни при чем.
– Понимаете, он старается ради рекламы, – сказал Редвуд. – Я-то плохо понимаю, для чего это. Конечно, он тут ни при чем, но все начинают думать, что он-то ее и выдумал. Разумеется, это не имеет значения…
– Но если они от этой невежественной, нелепой болтовни перейдут к делу… – начал Бенсингтон.
– Мой Тедди уже не может обойтись без Пищи, – сказал Редвуд. – Я тут ничего не могу поделать. На худой конец…
Послышались приглушенные пружинистые шаги, и посреди комнаты, по обыкновению потирая руки, возник Уинклс.
– Почему вы всегда входите без стука? – спросил Бенсингтон, сердито глядя поверх очков.
Уинклс поспешно извинился.
– Я рад, что застал вас здесь, – сказал он Редвуду. – Дело в том…
– Вы читали об этой Королевской комиссии? – прервал его Редвуд.
– Да, – ответил Уинклс, на минуту растерявшись. – Да.
– Что вы об этом думаете?
– Превосходная мысль, – сказал Уинклс. – Комиссия прекратит весь этот крик и шум. Разрешит все сомнения. Заткнет глотку Кейтэрему. Но я пришел не за этим, Редвуд. Дело в том…
– Не нравится мне эта Королевская комиссия, – сказал Бенсингтон.
– Все будет в порядке, уверяю вас. Могу вам сообщить – надеюсь, это не сочтут разглашением тайны, – что я, возможно, тоже войду в состав комиссии.
– Гм-м, – промычал Редвуд, глядя в огонь.
– Я могу все повернуть, как надо. Могу доказать, что, во-первых, эту самую Пищу совсем нетрудно держать под контролем и, во-вторых, что катастрофа вроде той, какая произошла в Хиклибрау, просто не может повториться, разве только чудом. А такое авторитетное заявление – это именно то, что нужно. Конечно, я мог бы говорить с большей убежденностью, если бы знал… но это так, к слову. А сейчас я хотел бы с вами посоветоваться, тут встает один небольшой вопрос. M-м… Дело в том, что… Собственно… Я оказался в несколько затруднительном положении, и вы могли бы мне помочь.
Редвуд удивленно поднял брови, но в душе обрадовался.
– Дело… м-м… совершенно секретное.
– Говорите, не бойтесь, – подбодрил Редвуд.
– Недавно моим попечениям вверили ребенка… м-м… ребенка одной… м-м… высокопоставленной особы.
Уинклс откашлялся.
– Мы вас слушаем, – сказал Редвуд.
– Признаться, тут немалую роль сыграл ваш порошок… и ведь широко известно, как я вылечил вашего малыша… Что скрывать, многие сейчас настроены очень враждебно по отношению к Пище… И все же среди наиболее разумных людей… Но действовать нужно осторожно, понимаете? Очень постепенно. И однако, ее светлость… я хочу сказать, моя новая маленькая пациентка… Собственно, это предложил ее отец… Сам я никогда бы не…
Редвуд с изумлением заметил, что Уинклс смущен.
– А я думал, вы сомневались, следует ли применять этот порошок, – сказал он.
– Это было минутное сомнение.
– И вы не собираетесь прекратить…
– В отношении вашего малыша? Конечно, нет!
– Насколько я понимаю, это было бы убийством.
– Я бы ни за что на это не пошел.
– Вы получите порошок, – сказал Редвуд.
– А не могли бы вы…
– Нет, – сказал Редвуд. – Никаких рецептов не существует. Простите за откровенность, Уинклс, но напрасно вы стараетесь. Я приготовлю порошок сам.
– Что ж, мне все равно, – буркнул Уинклс, метнув злобный взгляд на Редвуда. – Да, все равно. – И, чуть помедлив, прибавил: – Уверяю вас, меня это ничуть не огорчает.
Когда Уинклс ушел, Бенсингтон стал перед камином и посмотрел на Редвуда.
– Ее светлость, – задумчиво сказал он.
– Ее светлость, – откликнулся Редвуд.
– Это принцесса Везер-Дрейбургская!
– Ни много ни мало троюродная сестра самого…
– Редвуд, – сказал затем Бенсингтон, – я знаю, это смешно, но… как по-вашему, Уинклс понимает?
– Что именно?
