— Катюх, это кто? — хрипло спросил он. — Чего ей здесь надо?
— Проснулся? — Катя резко вскочила из-за стола. — Бесстыжие твои глаза!! Теперь я знаю, чем вы занимаетесь со своим Петром.
— Чем? — заплетающимся языком пробормотал Захар.
— Воруете по ночам! Лазаете в квартиры!! Это та женщина, к которой вы ломились прошлой ночью!
— Чего ты врешь? — возмутился Захар и, зайдя в кухню, налил воды в стакан и жадно выпил. — Никуда мы не ломились. Просто хорошо погуляли.
— Знаю я ваши прогулки! — повысила голос Катя. — Другая соседка слышала, как вы обсуждали свои бандитские планы.
Захар обалдело похлопал глазами и почесал отросшую щетину на подбородке.
— Катюх… — Голос его звучал виновато. — Я правда… ничего не помню. Мы отмечали день археолога. У Петро дядька археолог. А потом… — Он растерянно развел руками.
Катя вопросительно поглядела на Аллу Германовну. Та пожала плечами. Она могла поверить в то, что Захар был пьян и ничего не помнил, но ведь это не убавляло его вины. Если бы им с Петром удалось проникнуть к ней в квартиру — как бы он себя повел? Вдруг напал бы на нее в пьяном угаре? А его подельник — он-то вообще настоящий рецидивист, по нему точно тюрьма плачет.
Что же делать? Катю жалко, она не переживет, если Захара арестуют. И молчать тоже нельзя.
— Вот что, — произнесла Алла Германовна. — Я пойду. Вы тут разберитесь между собой. А дверь мне завтра новую вставят, — выразительно проговорила она, обращаясь к Захару.
Тот промычал что-то неразборчивое.
Алла Германовна прошла в прихожую, надела туфли и вышла за дверь. Тут же следом за ней выбежала Катя.
— Спасибо вам! — Она схватила ее за руку. — Спасибо! Вы очень добрая женщина. Я обещаю… я приму меры! Буду с ним воевать. Увезу его отсюда, в деревню! У меня там дом от бабушки остался. Может, он бросит пить? Это наш последний шанс… — Катя снова зарыдала, изо всех сил сдерживаясь, чтобы ее не услышал Захар.
— Успокойтесь, милая. — Алла Германовна погладила Катю по плечу. — Все образуется. Удачи вам.
Она улыбнулась заплаканной женщине и поспешила к себе домой.
Шейла встретила ее громким мяуканьем.
«Где ты гуляла? — слышался в ее голосе упрек. — Я проголодалась!»
— Сейчас, солнышко, сейчас. — Алла Германовна поспешно полезла в холодильник за курицей, слегка подогрела ее в микроволновке и положила кошке в кормушку. Шейла тотчас принялась за еду.
Алла Германовна набрала внука.
— Да, бабуль! Сегодня не приеду. Дела. Завтра. И дверь завтра вставят. Так что готовься, обещали утром приехать.
Она вздохнула и пообещала Алексею, что будет готова.
Предстоял длинный одинокий вечер. Алла Германовна взяла вязание и села в кресло у окна. Однако мысли ее продолжали бродить вокруг ночного происшествия.
Она думала, что делать с пьяными мужиками и чем помочь несчастной Кате. Может, и правда пусть увезет своего непутевого супруга подальше от Москвы и от собутыльника? С другой стороны — он и там найдет того, с кем можно регулярно выпивать. Так ничего и не придумав, старушка принялась за вязание и вязала до самого вечера. Потом скромно поужинала, посмотрела фильм и улеглась спать.
Полночи ей не спалось. Она ворочалась с боку на бок, невольно прислушиваясь к каждому шороху на лестничной площадке, однако все было тихо. Наконец сон одолел Аллу Германовну. Во сне она снова видела Шейлу. Та почему-то лежала на столе и громко мурчала. Алла Германовна, которая не разрешала кошке залезать на стол, возмутилась было, но потом махнула рукой. Все-таки кошка ее спасительница, и теперь ей все можно. В целом же она спала спокойно, не просыпалась, а утром встала бодрая в хорошем настроении.
В полдень пришли мастера и за сорок минут установили новую дверь. Алла Германовна спрятала комплекты новых ключей в комод, а один отложила для Алексея. Потом поставила чайник, подошла к окну и замерла: через двор шел Петро. Судя по походке, он был абсолютно трезв. Петро пересек детскую площадку и скрылся за деревьями. Алла Германовна невольно сжала руки в кулаки: «У, мерзавец!» Она была совершенно уверена, что преступление замыслил именно Петро, а Захар присоединился к нему просто по своему безволию.
«Если еще раз попробует ломиться в мою дверь, тут же обращусь в полицию», — решила Алла Германовна и принялась пить чай.
После обеда приехал Алексей. Он оглядел дверь, подергал ручки с обеих сторон, покрутил ключи в замках и удовлетворенно произнес:
— Ну вот. Другое дело. И залезть никому в голову не придет, и красиво, и современно. А главное, кошка твоя больше антураж не попортит.
Шейла, будто услышав, что про нее говорят, оказалась тут как тут. Принюхалась, пару раз царапнула новую дверь, однако ламинированная поверхность была крепкой и на ней не осталось следов.
Алексей пообедал и скрылся в своей комнате за компьютером. Алла Германовна ходила на цыпочках, боясь потревожить внука и оторвать его от работы. Часа через два тот показался на пороге комнаты.
Лицо его было усталым и каким-то бледным, волосы надо лбом слегка взмокли.
— Уф, утомился я что-то, — проговорил он. — В душ, что ли, сходить, освежиться?
