— Шериф Сэл Мэтьюз. Это Лили Фэй?
— Привет, шериф. Да, это Лили.
Мое сердце начинает биться сильнее, когда мои волшебные чувства приходят в полную боевую готовность.
Я так и не услышала, как Лоренцо встал с кровати, но он парил рядом со мной в режиме вампира-защитника.
— Лили, мы должны освободить мистера Биндера этим утром. Я просто не смог найти никаких доказательств того, что он сделал хоть что-то противозаконное, — его скрипучий голос полон сожаления и, возможно, нотки беспокойства.
Лоренцо забирает у меня телефон с таким убийственным взглядом, что я не спорю.
— Шериф, вы не могли бы подержать его еще двадцать минут и дать мне поговорить с ним?
Я наклоняю голову, чтобы послушать.
Лоренцо включает громкую связь и держит телефон в ладони.
— Бьянчи? Хм, ты не можешь убить его, — теперь голос шерифа звучит еще более обеспокоенно. — Я имею в виду, я понимаю твое желание, но я должен соблюдать какое-то подобие закона, даже в этом городе.
— Конечно, — Лоренцо возвращается к своему холодному утонченному тону. — Я даю вам слово, что не убью мистера Биндера. Но у меня есть определенные навыки, которые могут раскрыть правду о его намерениях. Если они благородны, я исправлюсь всеми способами. Возможно, как вы сказали, он просто ревновал. Однако интуиция подсказывает мне, что здесь есть что-то большее.
— Я заявлю о задержке оформления документов и задержу его, пока вы не приедете.
Шериф отключается.
Лоренцо протягивает мне телефон.
— Если ты не захочешь поехать со мной, я пойму.
Лоренцо начинает одеваться.
— Ты шутишь?
Я натягиваю джинсы и жалею, что у меня нет времени на долгий душ. Я чищу зубы и приглаживаю взъерошенные после сна волосы, затем пробегаю через дом, прежде чем Лоренцо успевает завести машину.
Его пальцы почти так же крепко сжимают руль, как и вчера.
Я касаюсь его руки, и его ладони расслабляются.
— Что ты собираешься делать?
— Спросить его, что он имел в виду, когда сказал, что должен был увезти тебя подальше от Кричащего Леса.
Он ездит далеко за пределами скоростного режима наших проселочных дорог, но его спортивная машина держится как чемпион.
— Спросить?
Я не большой поклонник Лэда, но я не хочу, чтобы то, что делает Лоренцо, повлияло на нашу оставшуюся жизнь.
Его губы подергиваются, и намек на клыки отражается в утреннем свете.
— Я могу быть очень убедительным, когда возникает необходимость. Ты это знаешь.
Что я знаю, так это то, что вампирский эликсир может вытеснять воспоминания из сознания человека, и также может работать как сыворотка правды.
— Разве это не опасно?
— Только если мистер Биндер будет сопротивляться.
Его верхняя губа приподнимается, демонстрируя полностью удлиненные клыки и намек на злобную улыбку.
— Я не буду врать. Часть меня надеется, что он будет сопротивляться.
Трудно смотреть на его рот и видеть что-либо, кроме удовольствия, которое он мне доставлял. Даже когда он обезумел от гнева и потребности защитить меня, я нахожу его почти неотразимым.
— Не убивай его.
Мы подъезжаем к участку, и улыбка Лоренцо становится искренней.
— Я обещал, что не буду.
— Да, но ты обещал шерифу. Теперь я бы хотела, чтобы ты пообещал мне. Я знаю, что ты никогда не нарушишь ни одного обещания, которое дал мне.
— Я обещаю, что не убью Биндера. Я просто хочу знать правду, чтобы мы были в безопасности.
Лоренцо берет меня за руку и целует пальцы.
Это такой легкий поцелуй, но я чувствую его каждой клеточкой своего тела, как обещание. Возвращая себя к реальности, я притворяюсь, что не замечаю понимающей ухмылки, которой он меня одаривает.
— Я собираюсь позвонить Скарлетт, чтобы она впустила подрядчиков в библиотеку. Ничего не предпринимай, пока я не войду внутрь.
Телефон издает едва один гудок, когда Скарлетт отвечает.
— Ты в порядке?
— Да. Мне нужно многое тебе рассказать.
Мои щеки горят.
— Но я сейчас в полицейском участке. Ты можешь пойти открыть библиотеку для подрядчиков?
— Конечно. Что-нибудь еще? — в ее милом голосе слышится беспокойство.
— Я одеваюсь, — говорит Диегона заднем плане. — Я буду в участке через пять минут, Лили.
— Спасибо вам обоим.
Мое сердце так переполнено хорошими друзьями и любовью Лоренцо, что я могу разрыдаться. Прежде чем это произойдет, я вешаю трубку и захожу внутрь.
Единственный человек в поле зрения — заместитель шерифа, человек-волк по имени Генри. Он сидит за стойкой регистрации, оглядываясь на дверь позади себя.
— Привет, Лили.
— Тебе лучше позволить мне пройти туда, Генри. Я не хочу, чтобы у Лоренцо были какие-нибудь неприятности.
Я подхожу к двери, отделяющей приемную от полицейского участка.
— Ты уверена? Иногда лучше не знать.
— Впусти меня.
Я пытаюсь выглядеть свирепой, но я видела себя и знаю, что выгляжу как двадцатилетняя девушка и фея.
Дверь жужжит открываясь, и я лечу через холл туда, где чувствую Лоренцо. Я открываю дверь. Это просто Лоренцо, стоящий в затемненной комнате с окном, выходящим в другую комнату, где шериф, — минотавр, — нависает над Лэдом.
— Если ты не начнешь говорить, — говорит шериф, — я впущу сюда Бьянчи, чтобы он разобрался с тобой.
