— Еще до реформы. Она не могла его обойти. Гленна приказала ей не приходить к Крейгу и Пию. Бедняжка страдала долгие тринадцать лет, представляешь?! — возмутилась Гермиона и с негодованием куснула чизбургер, прожевала кусочек, и продолжила. — А они все просто смотрели… Черный Платок означает траур по мальчику, которого она вырастила и любила. Так она официально названа в нашем архиве.
Вот так новости. Гарри тоже жадно куснул бургер, воспользовавшись перерывом в речи подруги.
— Минки радостно приняла новость, но принялась очень сильно реветь. Она почти выдала меня Каллуму. Тогда я решила лично поговорить с Гленной. Она спала в саду, на улице. Тогда еще показалось странным, что эти двое не захотели ее будить, в прошлом договоре стояла именно ее подпись, а теперь подписывал сын, — Гермиона сглотнула. — Разбудила ее, сказала, что сын жив и нуждается в помощи. А она…сумасшедшая, Гарри, — нервным жестом потерла переносицу.
— Почему-то я не удивлен, — фыркнул Поттер, сделав глоток колы. Учитывая каков сынок, мать явно не могла быть образцом нормальности. Гарри внимательно посмотрел в глаза подруги, побуждая говорить дальше.
— Она начала кричать, что ее Крейг мертв, чтобы мы закрыли склеп, — передернула плечами от нахлынувших неприятных воспоминаний. — Тут пришел Каллум. Я ему все высказала, а он такой говорит: ничего другого и не ожидал. Потому что Крейг не слушался мать! И поэтому вполне заслужил Аваду в спину! — излишне громко воскликнула Герм, увлекшись рассказом. Гарри многозначительно кивнул в сторону соседних столиков. Часть зала была пустой, но примерно через три столика от них сидела компания подростков. Особого внимания на них не обратили, но все же стоило говорить потише. — Извини, — прошептала девушка, чуть успокоившись. — В целом, могу охарактеризовать тот разговор как крайне бесполезный. Мы поругались и я ушла, заручившись поддержкой Минки.
— Так, — протянул Гарри, — ну-ка удиви меня, как из этой патовой ситуации ты смогла выйти?
— Каллум оказался еще хуже, чем я предполагала. Он потребовал от Минки дать Непреложный Обет, чтобы она не могла дать показания на суде.
— Чего? — Поттер выглядел изумленным. Неужели там и брат такой же идиот?!
— Минки отказала! — голос волшебницы лучился гордостью. Она с чувством шлепнула по столу пустым стаканчиком из под сока. — Стала действительно свободным эльфом. Как Добби того хотел, — Грейнджер опустила на секунду глаза, а когда она вернула зрительный контакт, то Гарри увидел, что белки ее глаз покраснели. Он протянул руку с силой сжав ладонь подруги. Та смущенно отвернулась, смаргивая подступающие слезы.
— Поздравляю, Герм, это победа! — искренне восхитился Поттер, тепло улыбаясь. — А дальше-то что?
— Дальше Каллум порвал договор. Я нашла Минки у себя в отделе, Стелла и ребята сбежались вокруг и утешали ее. А она утирала глаза прямо кусками министерской бумаги. Как платком. Каллум просто взял и порвал договор, — в голос подруги пробрались стальные нотки. Гарри не позавидовал братцу Скабиора. В гневе Грейнджер была поистине сиятельна. И страшна. Поттер прикусил кулак, чтобы перестать смеяться. Он уже примерно знал, чем все закончилось для Каллума.
— Мы с Минки аппарировали туда. Я швырнула Бомбарду в калитку их супераристократического дома, — широко оскалилась Гермиона. И тут аврор понял: у кого она переняла эту ужасную привычку. Мы всегда перенимаем те или иные черты тех, кого любим. От Рона в Герм не было ничего.
— Бомбарду Максима? — благоговейно переспросил он. Помнил силищу, с которой их кудрявая подружка разносила пожирателей и стены родной школы. Гермиона кивнула. Поттер уважительно присвистнул.
— Я ожидала Каллума. Но вышла его жена, Сондра. Спросила, чего я ей ребенка разбудила, — тепло улыбнулась ведьма воспоминанию о миссис МакНейр. — Сондра крутая. Она выслушала меня, приняла Минки обратно на работу. А когда пришел Каллум, то пообещала поговорить с ним, знаешь, тем самым тоном миссис Уизли.
О, Гарри прекрасно знал. Он тяжело сглотнул.
— Получается, Каллум его признает?
— Я надеюсь на это, — пожала плечами Грейнджер, застыв внутри от поднявшихся эмоций. Миссис Уизли. Женщина, которая столько сделала для них. И как Гермиона ей отплатила за доброту?! — Как они? — вымученно улыбнулась, тревожно встречая взгляд Гарри.
— Ну как, — вздохнул он, почесав затылок. Он мог многое рассказать Гермионе, но посмотрел на ее темные круги под глазами. Потом. — Не остыли, — кратко пояснил он.
Гермиона с силой закусила губу и кивнула. Она обязательно сходит к миссис Уизли попросить прощения. Но — потом. Сейчас она просто забаррикадировала все мысли относительно Рона и его семьи. В очередной раз променяв целый мир на чертового егеря.
— Я схожу к ним, когда все закончится, — пообещала Гарри, значит, обязательно сходит.
— Так будет правильно, — Гарри еще раз пожал ее ладонь.
— Спасибо, Гарри, — со страданием уставилась на него Герми, вновь покрасневшими глазами. — Спасибо за все.
