— У нас теперь такие методы диагностики, мистер Сметвик? — с ледяным бешенством посмотрел Билл на целителя. — Приводите оборотня, и он вам ставит диагноз?
— Мистер МакНейр отлично чувствует яды, Билл, пациентка в критическом состоянии, мы должны понять, какую терапию проводить, — совершенно не обращая внимания на словесную эскападу коллеги, Сметвик обратился к Скабиору. — Почему важный признак, что она из Шотландии?
— Пятиноги закрыты заклинанием на острове Дрир, но иногда они могут прорываться сквозь барьер и заплывать к нам. У моего дяди был такой укус однажды…
— А у моей прабабки был единорожий геморрой, давайте теперь ставить диагнозы, основываясь на этом, — не унимался Билл.
Скабиор про себя фыркнул, пообещав запомнить это выражение, но в целом слова целителя ему не сильно понравились. Ладно, он здесь только посмотреть. Не надо ни с кем цапаться, не надо.
— Видимо, у нее были очень сильные гены, — оскалился Скаб, не удержавшись, в сторону Билла. Тот его не понял.
— Спасибо за версию, Крейг. Я жду новые порции Кроветворного от вас, — очень нейтральным тоном произнес Гиппократ. — Мантию можете оставить себе.
Скабиор мерзко ухмыльнулся хмурому Биллу, стрельнул взглядом в Мейв и вышел из палаты. Ему действительно пора варить отличное Кроветворное для этой голубой девчонки.
Глава 35, в которой раны и равенство
В тот день в палате у девчонки, укушенной пятиногом — одной из бед шотландских прибрежных земель, Сметвик не просто так пихнул Скабиору лимонную мантию. Ну не ценили в Мунго кожу и цепи, что делать. Теперь Розалинда каждое утро напоминала, чтобы он надел униформу больницы, пряча под яркой тканью свои мрачные наряды. Оборотня особо не жаловали, но с каждым днем удивленно-неприязненных взглядов становилось меньше. Видимо, колдомедики привыкли к странному мужику, которого Сметвик прятал ото всех под самой крышей.
Он варил, варил, варил. Начал долгий процесс по Акониту. Ведь зелье в самом деле варится почти месяц. От Луны до Луны. Но теперь Крейг крошил ингредиенты с мыслью изменить Аконит. Усовершенствовать его. И мысль эта прочно обосновалась в его голове. Ему было интересно и одновременно несколько боязно вмешиваться в устоявшуюся формулу.
Это с виски он мог делать, что хотел: хотел пятилетнюю выдержку за два часа — пожалуйста. А заключение помогло выдержать напиток аж двести пятьдесят лет меньше, чем за месяц! Разные бочки, дымность торфа, добавка волшебных ингредиентов — в вискикурне для него не было правил. А вот с зельями он часто придерживался устоявшихся и давно себя зарекомендовавших рецептов. Оборотка у него, конечно, получалась экстрасильная, десятичасовая, ее в «Мандрагоре» расхватывали только в путь. Драккл! Скабиор замер над котлом, чуть на махнув Кроветворное мимо фиала. Он все еще не знал, что ему делать с сетью «Мандрагоры».
С одной стороны, зарплату платить ему в Мунго никто не будет, это ж типа исправительные работы. А с другой стороны, факт — местным в «Мандрагоре» все равно, кто и что гонит, особенно если ты зарекомендовал себя многолетними продажами. И качеством, да. И молчанием. Теоретически, он мог вернуться и доставлять требуемые зелья. Мог варить их дома, ночью или здесь, в своих личных котлах. Ну и у него по-любому останутся постоянные клиенты. Тот же самый Восемнадцатый не откажется от Оборотки. Разве что отправлять теперь надо не прям из кабака, а окольными путями, если вдруг Робардс устроил за ним слежку… Скабиор фыркнул громко. Ну конечно, делать ему нехер!
Но, может, на всякий случай прикупить сову? Во время обучения в Хоге у него была славная фамильная сова Кирк, которая быстро носила письма домой, к матушке… Школьные годы мелькнули перед глазами совершенно некстати. Вспоминать учебу Крейг не любил. Слишком разительным оказался контраст между его седьмым курсом и последующими годами жизни. Ай, да похер.
Скабиор закончил разливать по фиалам свеженькое зелье для этой голубой девчонки, истерзанной чертовым пятиногом. С момента ее поступления в крайне херовом состоянии прошла неделя. Целители стабилизировали ее, поили зельями — его приготовления — и она вроде пришла в себя. Сметвик давал благоприятный прогноз. Скабиор вдруг поймал себя на странном, иррациональном, новом чувстве. Он неплохо приложил лапу к выздоровлению девчонки. И… это грело. Изнутри. Чувство грело легкие, как хороший вишневый табак. Пьянило даже немножко.
Скабиор наложил на фиалы Охлаждающее заклинание, и аккурат в этот момент к нему поднялся Сметвик. Целитель выглядел усталым, но довольным.
— Добрый день, Крейг, — в привычном ключе поздоровался он. Скабиор кивнул, перестав наконец-то тупить, отзываясь на старое имя. Теперь не отвертеться. Крейг МакНейр — ну да, ну да.
— Добрый день, Гиппократ, — Скабиор обернулся, бросая быстрый взгляд на колдомедика. — Зелье готово.
