С этими словами он достал из кармана кожаного жилета маленькую бутылочку, увеличил ее заклинанием и поставил на стол. Мистер Грейнджер тут же подобрался.
— «МакМанус. Без предисловий». За название отдельно благодарю Гермиону, как бога рекламы, — оскалился Скабиор в сторону хихикающей ведьмы. Это в первый раз Гермиона очень переживала за то, как пройдет встреча. А теперь ей было удивительно… легко. Она сидела в своем доме, в кругу своей семьи, со своим мужчиной, который сегодня утром сумел вызвать патронуса, потому что, черт побери, любил ее на самом деле. Переживать не хотелось. Гермиона отдалась ощущению праздника, чего, признаться, с ней давненько не случалось. Праздники, бывало, заканчивались в ее жизни трагедией.
— И каковы же правила? — с готовностью улыбнулся мистер Грейнджер, наблюдая за тем, как Скабиор рядком расставил на столе бокалы для виски.
— Ну, все очень просто, — Крейг профессиональным движением наполнил каждый из четырех бокалов ровно на половину. — Очень маленький глоток. Прям чуть потянули. Покатали по языку. Проглотили. У него крепость под шестьдесят пять градусов, поэтому такой эффект. И выдержка тридцать пять лет, — лихо подмигнул присутствующим бывший егерь.
— Сколько? — удивленно приподнял брови отец Гермионы, с сомнением поглядывая на бутылку. — Шестьдесят пять?
— Шестьдесят три примерно, — самодовольно кивнул Скаб, раздав всем по бокалу. — Я активно экспериментирую со скотчем при помощи магии и различных условий варки.
— Звучит интригующе! — воскликнула миссис Грейнджер и сделала легкий вдох над бокалом. Наморщила нос от ударивших в него спиртов. — Запах интересный… Ром?
— Американский дуб? Я чувствую его! — нахмурился мистер Грейнджер, тоже старательно вдыхая аромат.
— А я чувствую бурбон, — с улыбкой предположила Гермиона, тоже вдруг пожелавшая участвовать в разгадке.
— Надо же, — искренне изумился Скабиор, — вам пора в семейный бизнес. Вы все правы. Для изготовления «Без предисловий» я использовал бочки из американского дуба, в которых раньше держали сначала бурбон, а после ром. Действительно, все эти оттенки присутствуют в ароматике и во вкусе этого скотча, — он послал Гермионе восхищенный взгляд. Не зря вращала его бочки! Какая смена растет!
— Интересно, — вновь сделал глубокий вдох над бокалом мистер Грейнджер.
— Мне будет очень любопытно узнать ваше мнение, — обратился ко всем присутствующим егерь, который про себя даже не стал зубоскалить. Ему понравилось, как Грейнджеры доверились ему и живо захотели протестировать особенный скотч.
— Что ж, тогда позволю себе начать. Гермиона! — он обернулся к девушке, задумчиво согревающей в ладони бокал, и послал ей глубокий взгляд. — Ты потрясающая. И лучшее, что когда-либо случалось со мной. С днем рождения, — Скабиор поднял свой бокал для тоста. Все чокнулись. Перед тем как сделать глоток, Крейг обвел лица Грейнджеров предупреждающим взглядом. — Чуть-чуть, напоминаю!
— Прям едва-едва, — поделилась опытом Гермиона. Она хорошо помнила, как тогда в первый раз попробовала «Без предисловий» и хорошенько получила по мозгам. Старшие Грейнджеры переглянулись с улыбкой. И сделали каждый по маленькому глотку. Их лица скуксились. К чести мистера Грейнджера, он даже сумел покатать скотч по языку, чтобы насладиться вкусом сполна.
— Ох, — мать Гермионы почти сразу проглотила напиток, она покачала головой, отмечая высокую терпкость. — Чувствуется ром!
— И бурбон, — причмокнул губами мистер Грейнджер. — Отличный вкус, Крейг! Я правильно чувствую тропические фрукты, ваниль и… — он задумался на секунду, перебирая пальцами по крышке стола.
— Тростниковый сахар, пап, — подсказала Гермиона, которая в этот раз смогла распознать вкус скотча, а не только его убойную крепость.
— Точно! Жженый такой сладкий вкус, — наконец-то подобрал определение мистер Грейнджер, прямо глядя на Скабиора, чтоб тот подтвердил их догадки.
— Верно, — довольно кивнул Скаб, вдруг почувствовавший себя в своей тарелке. Ему давненько не приходилось обсуждать свой скотч в такой приятной компании. Что-то было в текущем моменте ощутимо теплое. Чувство растеклось вместе со напитком по телу, даря легкость.
— Повторю свои прошлые слова: у вас талант, Крейг, — улыбнулась ему миссис Грейнджер. — Никогда не пробовала ничего подобного. Замечательный вкус. Необычный. Но хочу заметить, что «Ножки Пенелопы» мне понравились больше.
— Понимаю, — оскалился Скабиор, многозначительно глянув на женщину. — Мне, признаться, тоже.
Боком он почувствовал, как Гермиона нервно заерзала на стуле рядом.
— У них более… нежный вкус, — продолжила свою мысль миссис Грейнджер, не подозревая, отчего ж на щеках Гермионы расцвел яркий румянец.
— «Ножки Пенелопы» классический односолодовый скотч, выдержанный в бочках из-под Мадейры. Он более легкий, там привычные сорок пять градусов. И да, очень яркое ванильное послевкусие, — Скаб облек в профессиональные слова мысль миссис Грейнджер. — Я вам, кстати, еще принес, — лихо подмигнул и достал из кармана еще две маленькие бутылочки, которые поставил на стол, и достал палочку. — Финита!
