Они еще несколько часов весело болтали о всяком, пили за здоровье всех присутствующих и съели шоколадный пирог в конце вечера. Миссис Грейнджер травила байки из юности. Мистер Грейнджер рассказывал любопытные факты из своей стоматологической практики. Скабиор в ответ поделился новостью о своей новой работе в больнице Святого Мунго. Гермиона поведала о серьезной подвижке в политике Министерства Магии относительно различных волшебных существ. Словом, вечер прошел отлично. Уходя, Скабиор чувствовал себя как дома. Сближающий эффект «Без предисловий» был официально доказан.
—
Едва они аппарировали к дому, Скабиор вдруг стал вести себя странно: бесцеремонно схватил Гермиону за руку и потащил за собой, минуя крыльцо, кухню и гостиную. Сразу на берег озера, к тому самому валуну, на котором они могли насладиться последними мгновениями уходящего дня. Они оба были уже приятно пьяненькими.
Мир приобрел яркие краски, которые сейчас горели закатом, подсвечивающим черные силуэты гор малиново-алым маревом. Оставалось всего минут десять до того, как закат окончательно догорит и озеро погрузится в дремотную тьму.
— Я хочу показать тебе кое-что, — Скабиор встал на валуне, все еще не отпуская ее руку. Он чувствовался еще более горячим, чем обычно. Видимо, скотч разогнал температуру оборотня до максимума.
— Озеро? Мы тут регулярно сидим с тобой, — Гермиона, охваченная приятной расслабленностью, решила поддеть любимого. Само озеро налилось фиолетово-розовыми тонами, идеально отражая закатное марево. Вечером было уже весьма прохладно, Гермиона почувствовала себя зябко. Скабиор поджал губы, но на ее ехидство не ответил, что было удивительно. Его рука продолжала сжимать ее ладонь, до того сильно, что кожа чувствовалась потной.
— Прохладно, — повела плечами она.
— Мы быстро, — кратко ответил Скабиор и наколдовал вдруг зеркало. Большое, в красивой деревянной раме, оно зависло в воздухе над поверхностью камня. Крейг развернул его так, чтобы оно отражало последний свет дня. Подвел Гермиону прямо к глади зеркала, лицом к отражающей поверхности. — Иди сюда.
Изучая свое вполне довольное сегодняшним днем отражение, Гермиона озадаченно нахмурилась. Зачем ему зеркало здесь?
Сам же Крейг встал позади девушки. Несколько секунд он помедлил, а потом резко убрал свободную руку в карман клетчатых брюк. Гермиона отчего-то запаниковала, но виду не подала. Она тревожным взглядом окинула лицо любовника, отраженное в глади зеркала, в этот момент совершенно спрятанное за маской беспристрастности.
— Закрой глаза, — то ли попросил, то ли приказал Скабиор. Его голос звучал странно.
Списав поведение оборотня на действие алкоголя, Гермиона послушно закрыла глаза. Конечно, она доверяла ему безгранично. Но вопросы не покидали буйную голову ведьмы: что он делает? Зачем зеркало? Практически спинным мозгом она почувствовала, как Скабиор движется у нее за спиной, принося с собой блаженное тепло. Он был близко. Очень. Захваченная теплом Гермиона подалась чуть назад.
А потом почувствовала, как ее кожи коснулась… ткань! И не просто ткань… Она слишком хорошо помнила это ощущение, легкое касание хлопка. Не может быть! Многих усилий ей стоило не раскрыть глаза сейчас же! А потом… что-то щелкнуло, будто металл. Ткань немного натянулась.
Гермиона распахнула глаза и уставилась в отражение.
Шею обвивал розово-фиолетовый… шарфик. Ее, черт побери, шарфик! Тот самый, который она повязала на дерево для Рона. И который потом нашел Скабиор. И взял себе! Тогда в лесу Дин! Он был в нем и…
Гермиона закусила губу. Сильно, до боли. Смотрела на розовую легкомысленную клеточку, в которую так любила кутаться долгими вечерами в холодной палатке. А ниже… Прямо у нее на груди обе полы шарфика были заколоты… брошкой?! Гермиона нахмурилась, внимательно разглядывая узор. Две арки сливались в одну, напоминая очертания замкнутой буквы W. И — двух сердец, сплетенных в одно. В середине их смыкал цветок чертополоха. А сверху венчала корона из трех алых камней, горящих кровавым отблеском в последних лучах дня. Гермиона как сквозь сон услышала голос МакНейра, стоявшего позади нее.
— Лакенбут. Традиционная часть шотландского костюма. У тебя, ну, почти тартан, — Скабиор говорил с обычной своей легкой иронией, словно спрятал под ней все свои эмоции. — Хотя другой, — он выделил это слово, — подошел бы больше.
Утонувшая в вязких мыслях Гермиона сделала глубокий вдох, не в силах оторвать взгляда от броши. И от своего шарфика… Это… Не может быть! Сердце замерло на секунду, а потом понеслось галопом. Она перевела взгляд выше, скользя по отражениям в зеркале: шарф, брошь, ее ошарашенное лицо, застывшее лицо Скабиора. Она машинально потянулась потрогать ткань шарфа и самыми подушечками дотронулась до прохладного металла брошки.
Крейг стоял позади нее, так близко, что она могла чувствовать его дыхание у себя в волосах. Тепло его тела.
