Грейнджер обняла себя, надеясь, что этот защитный жест сработает. И позволит ей не распускать руки, потому что идиотское Антилюбовное зелье вдруг перестало работать. Возможно, ей прямо сейчас стоило выпить еще одно. Хоть это и противоречило дозировкам. Она может проиграть намного больше, чем дурацкие побочные эффекты от зелья. Стараясь не потерять спину Скабиора из виду, но и держать правильную дистанцию, ведьма пробиралась дальше.
Впереди сквозь черные стволы деревьев белело призраком озеро. Туман застилал его почти до середины, серебрясь в свете луны. Они вышли на берег.
— Хочешь еще здесь посидеть?
— Да, можно, — она кивнула. Несмотря на пережитое десять минут назад раздражение, уходить ей все равно не хотелось. Прогулка под ручку с егерем ее несколько успокоила ее, как бы ни странно это могло звучать. Аппарировать среди ночи в дом родителей она не планировала.
Несмотря на некоторые проблемы, с которыми девушка сейчас надеялась совладать, ночь эта была прекрасна. Пьянящая, рвущая сердце свобода сочилась из каждого дуновения прохладного ветра. Ночной лес пел. Яркая Луна спорила со звездами за главенство на небосводе. Кошмар ее сновидений сидел рядом и разливал скотч по бокалам.
Уйти сейчас и потерять это мгновение? Вся ее сущность взбунтовалась от этой мысли, призывая ее остаться. Мозг устало и скептично заметил, что все это может закончиться очень плохо. Или очень хорошо, в противовес ему шикнуло откуда-то снизу. Герми открыла сумочку и притянула заклинанием кожаную коробочку. Егерь внимательно смотрел за ее действиями.
— Женские зелья, — в ответ на его взгляд пожала она плечами и, откупорив пробирку, выпила содержимое. Она машинально облизала губы, убирая следы черного зелья. Противное ощущение опять возникло во рту, Гермиона схватилась за бокал с виски, чтобы избавиться от него.
Скабиор взял у нее из руки пробирку. Он поднес ее к носу и сделал глубокий вдох.
— Спорим, угадаю, что это за зелье, ну или хотя бы его компоненты, — задорно начал он, с удивлением наблюдая за тем, как глаза девушки расширяются. Нет, только не это, он не достоин такого признания! Гермиона поняла, что ей надо вести себя так, будто все в порядке. Вряд ли этот знает, что такое Антилюбовные зелья. Такие забавы больше прерогатива девчонок в пубертате, а не дилеров черного рынка. Она равнодушно мотнула головой, делая маленький глоток скотча.
Мужчина еще раз понюхал пробирку, а потом обвел краешек горлышка пальцем, размазывая по коже черную густую каплю. Быстрым движением языка он слизнул ее с пальца. Гермиону пробрало, она быстро отвернулась, не в силах видеть, как этот делает… так.
— Хм, имбирь.
Гермиона усмехнулась, всем своим видом показывая, что вкус зелья именно такой и говорить об этом — моветон с точки зрения хорошего зельевара.
— За черный цвет и жирноватый, маслянистый вкус на языке отвечает толченый скарабей, — задумчиво проговорил егерь. Про себя она рассудила, что эти два компонента входят в огромное количество зелий, и это еще ни о чем не говорит.
Несколько минут он молчал и только иногда снова вдыхал запах зелья. Грейнджер достала из сумочки тыквенное печенье, присланное заботливой будущей свекровью, и разложила его на наколдованной тарелке, чтобы было чем закусывать виски.
— Ну, два компонента, один из которых — вкус, не очень результат для «Превосходно» за зелья, — противно протянула она, улыбаясь так, как мог улыбнуться он сам.
Скабиор засмеялся.
— А что скажешь про скотч? — он кивнул на ее почти пустой бокал.
Гермиона сделала глоток и откусила кусочек печенья.
— Скотч неплох, — назидательно сказала она.
— Я же говорил, что «Превосходно» получил именно за него, — добродушно оскалился он. А потом добавил, — а не за изготовление ментальных зелий.
Гермиона замерла с поднесенным ко рту печеньем. Он угадал спектр зелья. Егерь внимательно смотрел на нее поверх горлышка фиала. Он чуял, что сегодня утром и днем она реагировала на него иначе, менее… страстно. Там в лаборатории что-то вновь изменилось, и сейчас по запаху и быстрому биению пульса было понятно, что девчонка снова реагировала на него как обычно — текла. Значит, она принимает что-то такое…
— Мирт, — наконец-то сказал он. Гермиона с деланной невозмутимостью кивнула.
— Ладно, три компонента тоже неплохо, я бы так не смогла, — примирительно улыбнулась она, протягивая ему печенье.
Но спесь быстро слетела с нее, когда она встретилась с ним взглядом. В блеклом волшебном свете глаза егеря были почти черными, настолько зрачок сожрал светлую радужку. Он знал. Чертов егерь угадал и теперь только самодовольно скалился, глядя на нее как сочащийся кровью стейк.
— Знаешь, дам тебе совет опытного зельевара. Соцветия мирта нельзя разрезать или толочь. Чтобы зелье работало лучше, его надо бросать туда исключительно целиком, — в конце фразы он ехидно подмигнул ей и отсалютовал бокалом.
