Он медленно покачал головой, будто не мог поверить своим глазам и ушам.
— Это ведь твой первый раз, Луиза. Все должно быть иначе.
— Хорошо, но мы ведь можем хотя бы начать здесь?
Я потянулась к трусикам и спустила их, наблюдая за тем, как Уилл следит за моим провокационным жестом.
Когда наши взгляды встретились, я поняла, что его самообладание дало трещину.
Вот вам и ваш знаменитый самоконтроль, Мистер Секрет.
Он подошел ближе, раздвинул мои ноги и грубо притянул меня к своему телу.
— Я ведь предупреждал тебя быть осторожнее со своими желаниями, помнишь?
— Да.
— Тогда даже не пытайся остановить меня. Потому что нет способа заставить меня покинуть эту комнату до тех пор, пока я не получу то, о чем мечтал на протяжении стольких ночей.
— Я и не собираюсь останавливать тебя.
— Ты уверена в этом?
А была ли я уверена?
— Абсолютно, – ответила я, обвив руки вокруг его шеи, захватив его сладкие губы в поцелуе. Этот поцелуй был каким угодно, только не медленным и нежным. После того, как я начала отвечать ему, Уилл стал целовать меня еще настойчивее.
Я таяла в его руках. И меня не беспокоило то, что я уже больше не буду прежней. Мне просто было нужно быть с ним. Мне нужно быть с ним, прямо сейчас.
Легко и просто.
— Боже, помоги мне. Луиза…я хочу тебя… так сильно, что я едва могу дышать без …
— Тогда чего ты ждешь?
Горячие губы двигались вверх по моему животу, оставляя огненные поцелуи на моей коже. Холод поверхности стола подо мной контрастировал с кипящим во мне жаром. Опираясь на локти, я позволила самому сладкому из ощущений поглотить меня.
Уилл навис надо мной, касаясь меня лишь губами. Он поставил руки на стол, по обе стороны от меня, и улыбнувшись, сказал:
— Луиза, эта ночь будет долгой.
— Звучит заманчиво. Спать я в любом случае не собиралась.
— Когда ты со мной, выспаться ночью тебе не удастся. И прежде чем я успела остановить его, он снова притянул меня к своему телу, прижавшись своим возбужденным членом к самому центру моего естества. Даже сквозь ткань его брюк я могла ощутить, насколько твердым он был. О, Боже, был ли у меня шанс остановить его? Хотела ли я его остановить? Нет, уж точно не в этой жизни.
Скользя ладонями по моим бедрам и бокам, он наклонился еще ближе, и зажал мои руки над головой; его губы прокладывали путь к моей груди. Проведя языком вокруг моих сосков, он еще крепче прижался ко мне, и я не могла не признать, что хочу его сейчас сильнее, чем когда-либо. Не только его пальцы и губы, а его самого, повсюду, возбужденного и глубоко внутри меня.
Он губами захватил один из сосков, заставляя еще один стон вырваться из моего горла.
—Ты издаешь самые эротичные звуки из всех, что мне когда-либо доводилось слышать, - пробормотал он, теперь продвигаясь одной рукой вниз к животу и меж моих ног. — Ты подобна самому изысканному инструменту, на котором я никак не могу наиграться вдоволь. Я хочу слышать каждый издаваемый тобой звук, я хочу погрузиться в музыку, состоящую из твоих стонов. Я хочу погрузиться внутрь тебя и никогда не возвращаться из волшебного и будоражащего кровь мира, который ты создаешь вокруг меня. Он медленно ввел внутрь меня один палец, найдя точку, нежное нажатие на которую заполнило тишину комнаты самыми сладострастными стонами.
Дрожь пробежала по моему позвоночнику. Ветер из открытого окна присоединился к нашей сладостной игре, заставляя мурашки бежать по моей коже. Это было подобно купанию в океане, который состоял из огня и льда, который сжигал дотла и возвращал к жизни, отнимал дыхание и заполнял мои легкие свежим воздухом.
Уилл продвинул палец глубже внутрь меня, и я вздрогнула от боли, вызванной его движением. Не то чтобы я не могла её вынести. Она была достаточно терпимой для того, чтобы хотеть большего, больше его внутри меня. Его губы были на мне, наслаждающиеся каждым миллиметром, который его знающие губы могли найти.
Господи, женщины, должно быть, сходят сума, проводя ночи с ним, в одном постели.
Внутри меня образовалось крайне неприятное чувство, затмевающее собой ощущения, которыми он заполнил мое тело. Ревность….
—Сколько их было до меня? - спросила я, удивив нас обоих неожиданным вопросом.
— Что? Он уставился на меня, его губы сжались в тонкую линию, делая его более сердитым и определенно более опасным.
—Сколько женщин у тебя было до меня?
Не знаю почему, но мне друг захотелось узнать ответ на этот вопрос. Возможно потому, что я не хотела быть для него очередной игрушкой; игрушкой, с которой ему не терпелось поиграть, а как только это надоело бы ему, он бы выбросил ее. А может быть это потому, что я слишком сильно любила его, чтобы позволить кому-нибудь забрать его у меня.
Любовь…
Я слегка покачала головой.
— Неважно, - сказала я. — В любом случае это не имеет никакого значения.
—Не имеет. Но для меня имеет значение твое беспокойство.
Он вздохнул, коснувшись уголка моей губы большим пальцем.
— Ни одна из женщин, с которыми я был, не была тобой, и никогда не будет. Потому что ты – та единственная, с которой я хочу быть… Сегодня, завтра, всегда.
