Вспомнив про Леблана, я тут же задумалась, что он сделает, если застанет меня за допросом Уолтера. Но он сам велел вернуть пистолет, так что, технически, это будет его вина, если возврат оружия приведёт к разговору. Ведь так невежливо – особенно на Юге – прийти в магазин и даже не спросить у хозяина, как прошёл день.
Настроившись таким образом, я вернулась домой, отконвоировала спящего Кости с крыльца обратно на кухню, взяла пистолет и направилась в универмаг.
Уолтер, как и раньше, сидел за прилавком и читал. А когда я вошла, глянул на меня поверх газеты и покачал головой:
– Видимо, наушники не помогли.
Это он о досадном инциденте с енотом? Я подошла к стойке, выдвинула табурет и уселась.
– Помощник Леблан снова обо мне трепался, да? Продолжит в том же духе, и я решу, что он флиртует.
Уолтер усмехнулся:
– Ну, в данном случае, возможно, так оно и есть. Картер обычно избегает женщин как вид, но тебя, похоже, взял на прицел.
– Кстати о прицелах. – Я вытащила из-за пояса пистолет и протянула его Уолтеру. – Велели вернуть. Надеюсь, из-за меня у вас не будет проблем.
Убрав оружие под прилавок, старик отмахнулся:
– Всё, что мне грозит, – неодобрительный взгляд. На большее Картер не отважится. После смерти его отца я практически вырастил парня. Он мой племянник.
Я моргнула. Без понятия, почему удивилась. Учитывая размеры города, вполне нормально, что тут многие связаны между собой.
– О, я не знала. Ну оно и понятно, – решила я направить беседу в нужное мне русло, – я ведь тут новенькая, ни о ком ничего не знаю.
Уолтер рассмеялся:
– Ага, это стало ясно, когда Ида Белль и Герти так легко втянули тебя в свои глупости. Местные по возможности стараются держаться от них подальше.
– Да? А я слышала, что Ида Белль едва ли не главнокомандующая Греховодья.
– Что верное, то верно. – Он возвёл глаза к потолку: – Боже, спаси нас всех от происков умной женщины.
Я облокотилась на прилавок и наклонилась к Уолтеру:
– Но как именно ей это удаётся?
Он пожал плечами:
– Я выполняю все её капризы, потому что влюблён в неё с начальной школы. Насчёт остальных не знаю. Никогда не спрашивал.
Всё запутанней и запутанней. Либо он говорит правду – что, по-моему, просто очаровательно, – либо врёт.
Время сменить тактику.
– Полагаю, вы слышали, что мы не нашли Мари на Большой Нужде.
– Я видел ваши вытянутые лица, когда вы причалили. Ну и догадался.
– Так в чём корень? По словам Герти и Иды Белль, Харви никому не нравился, но я не понимаю, почему все решили, что виновата Мари.
Уолтер прищурился:
– Итак, давай-ка разберёмся… Две незнакомки просят твоей помощи в поисках женщины, которая, скорее всего, убила своего мужа и теперь прячется на вонючем острове, и ты решаешь, что пойти с ними – хорошая идея?
Я нахмурилась:
– Из ваших уст расклад слегка подозрительный.
– Слегка? – Он покачал головой. – Ты совсем не такая, как описывала Мардж. Мы ждали трепетную лань, сверху вниз глядящую на кучку провинциалов. Меньше всего я думал, что ты спутаешься с Идой Белль и Герти и попытаешься защитить обвиняемую в убийстве.
– Мы с Мардж были не очень близки. Полагаю, она составила мой образ со слов мамы, а матери склонны видеть желаемое, а не действительное. Не знаю, что тут сказать… Мне просто показалось, что это две милые старушки, которые нуждаются в помощи.
– Ха. Две милые старушки. Понимаю, почему ты обманулась поначалу, но теперь-то, наверное, изменила мнение.
– Да, но они вроде разбираются в людях, и Мари дружила с Мардж. Будь тётушка жива, наверняка помогла бы, так что это меньшее, что я могла сделать. К тому же Герти и Ида Белль не считают Мари опасной, так почему я должна?
– Вряд ли она опасна, – вздохнул Уолтер. – И да, Мардж безусловно влезла бы в дело по самую шею. Отвечая на твой предыдущий вопрос: Харви Чикорон был самым большим засранцем по эту сторону Атчафалайи. [6] Но насколько я знаю, нельзя убивать человека только за то, что он придурок.
– Что весьма печально, – заметила я.
Он вскинул брови:
– Есть кто-то на примете?
– Пока нет, но ещё не вечер.
– Теперь понятно, почему Ида Белль тебя втянула.
– Вот только, похоже, зря. Мы ни единого волоска Мари не нашли, и поскольку все, кажется, уверены в её виновности, результат предрешён. Осталось лишь дождаться суда.
Уолтер грустно кивнул:
– К сожалению, ты права, но никого в Греховодье это не обрадует.
– Ой, а вот тут сомневаюсь. Кузен Харви, Мелвин, недавно ломился ко мне в дом и обвинял в укрывательстве Мари. Он вбил себе в голову, что я её поверенный, и попытался всучить бумаги, мешающие Мари тратить её собственные деньги.
– Мелвин всегда был ленивой бестолочью. И вечно пытался выманить у народа деньги для своей очередной схемы обогащения. От Харви ему никогда ничего не перепадало, вот он и бесился. А уж когда Мари получила контроль над состоянием…
– Но если Мари попадёт в тюрьму, деньги достанутся Мелвину?
– Насколько знаю, Харви не оставил завещания. Глупо для богача, но ему всегда винтиков не хватало. И вроде Мелвин – ближайший родственник, так что, полагаю, всё перейдёт к ему.
– Вот так выигрыш в лотерею, – присвистнула я.
– Ага, что-то вроде.
