Я поднёс окровавленное лезвие к единственному оставшемуся у него глазу. Парень всхлипнул.
– Я могу развлекаться с тобой ещё час, а может, и больше, – сказал я с улыбкой.
– Она… она… королева, – судорожно выдохнул он.
– Вот именно, – кивнул я и воткнул нож ему в глаз, положив конец его жалкому существованию.
Услышав стук, я вышел из душа в гостевой спальне и, быстро обернув полотенце вокруг талии, поспешил к двери. Распахнув ее, уставился на рыжую.
Она нахмурилась при виде меня.
– Пытаешься смыть кровь?
– Чего тебе? – рявкнул я.
После всего случившегося нервы все ещё были натянуты, и слушать ее язвительные комментарии настроения не было.
– Я подумала, ты захочешь знать, что Ария проснулась.
Я вернулся в комнату, быстро оделся и босиком пробежался до хозяйской спальни.
Как только увидел Арию, сердце в груди бешено заколотилось. Под ее прекрасными голубыми глазами залегли темные тени. Она слабо улыбнулась мне.
Ноги сами понесли меня к ней. Я осторожно поцеловал ее в лоб и к моему удивлению, Джианна без лишних споров вышла, оставив нас наедине.
– Ещё морфия? – спросил я.
– Да.
Я ввёл Арии морфий и взял ее за руку, мне необходимо было прикасаться к ней.
– Мы потеряли кого-нибудь? – спросила она.
– Нескольких. Чезаре и пару солдат. И Умберто.
Скорбь исказила лицо Арии.
– Знаю. Видела, как его застрелили.
Я не жалел о погибших, потому что Ария выжила и осталась со мной.
Ария судорожно сглотнула.
– Что имел в виду тот парень, Виталий, когда сказал, что ты взял то, что принадлежит ему?
– Мы перехватили одну из поставок наркотиков. Но это сейчас неважно. – Единственное, что меня беспокоило на данный момент, – это безопасность Арии.
– Что же тогда важно? – прошептала она.
– Что я чуть не потерял тебя. Я видел, как тебя подстрелили, – вырвалось у меня при воспоминании об этом. – Тебе повезло, что пуля задела только плечо. Док говорит, что оно полностью заживёт, и ты сможешь использовать руку, как прежде.
Ария заторможенно моргнула и попыталась улыбнуться. Препарат снова начинал действовать.
Я наклонился к самому ее лицу.
– Никогда больше не делай так, – прошептал я.
Она склонила голову набок, как будто не понимая, что я имею в виду.
– О чем ты?
– Не получай за меня пулю.
Ария слабо сжала мою руку и закрыла глаза.
– Я всегда буду прикрывать тебя от пуль.
Она заснула прежде, чем я успел произнести ещё хоть слово.
– Я тебе не позволю. Ни за что и никогда. – И нежно поцеловал ее в губы.
Ария проспала почти целый день, ненадолго просыпаясь только для того, чтобы пообщаться с родственниками. Я старался почаще заходить к ней, но мне приходилось много общаться по телефону с капитанами и Данте. Я не мог уехать в Нью-Йорк без Арии, а ее состояние все ещё оставалось тяжёлым.
Поспокойнее стало, когда ее семья уехала обратно в Чикаго и я приказал капитанам повременить с нападением на Братву, пока мы не определимся с наиболее подходящей мишенью. Мне не хотелось бездарно терять своих людей, когда слепая ярость мешает трезво мыслить. Мы должны ударить по самому больному.
Закончив все деты, вернулся в хозяйскую спальню. Из ванной слышался шум воды, и я уселся ждать Арию на кровать. Наконец, она вышла в спальню, неловко пытаясь натянуть вторую лямку ночной сорочки на плечо, но из-за повязки сама не могла этого сделать. Я подошёл к ней, и, робко улыбнувшись, она спросила:
– Закончил с делами?
Я подвёл ее к кровати и осторожно заставил сесть. Взгляд у неё был ясным и ласковым, больше никакой боли или наркотического дурмана. Моя Ария.
– Я в порядке, – с нажимом сказала она.
И внезапно весь тот страх и тревога, что терзали меня в последнее время, обрушились на меня в один момент. Рухнув на колени, я уткнулся лицом ей в живот.
– Я мог потерять тебя два дня назад.
Ария задрожала.
– Но ты не потерял.
Я заглянул в тёплую глубину ее глаз.
– Зачем ты сделала это? Зачем прикрыла меня от пули? – Если бы она из-за меня умерла, если бы потерял ее тогда, не знаю, что со мной было бы. Наверное, сошёл бы с ума от горя.
Мне тяжело даже вспоминать это, заново переживая момент, когда думал, что она мертва. Застывшая перед глазами картина прожигала в груди чёрную бездонную дыру.
Взгляд Арии смягчился.
– Неужели ты правда не знаешь?
По ее лицу я все понял. Все вокруг как будто остановилось. Я понял, что чувствую к этой женщине, понял в тот момент, когда чуть не потерял ее. Да и раньше в глубине души знал о своих чувствах, но пытался отрицать их. Я люблю Арию. Да и разве могло быть иначе? Она создана для любви. Добрая, милосердная, великодушная. Она чистейший, непорочный свет. Она как никто заслуживает любви. В отличие от меня. Уж про себя-то я все знаю давным-давно.
– Я люблю тебя, Лука.
Я обхватил ладонями ее щеки, сблизив наши лица. Но мне всегда будет мало, всегда недостаточно близко. Заглянул в ее глаза, пытаясь понять, как могла она меня полюбить. Что Ария во мне такого нашла, что заслуживает любви?
