Звякнул лифт. Я перевёл взгляд на часы на холодильнике. Уже полдень. Ромеро как всегда пунктуален. Отодвинувшись от Арии, я выпрямился и допил кофе. Когда двери лифта разошлись, и появился Ромеро, а вслед за ним и заноза в моей заднице – мой брат, я принял обычное свое отстраненное выражение лица. Ария посмотрела на меня, подхватила свою чашку с кофе и отошла к барной стойке. Ее походка была немного скованной, и, разумеется, оба – и Ромеро, и Маттео – это заметили. Годы в мафии научили нас замечать любые, самые незначительные изменения в поведении других людей, поскольку, как правило, они могли свидетельствовать о грозящей опасности.
Ария уловила их внимание и вспыхнула, метнув на меня взгляд и тут же уткнувшись в свою чашку. Я потихоньку ухмыльнулся. Такая чертовски милая, когда смущается! Ромеро непонимающе прищурился, но Маттео одарил меня своей ебучей акульей ухмылкой.
– Я смотрю, ты, наконец, добрался до неизведанных земель, – брякнул он.
Ария с громким стуком поставила чашку на стол, на ее лице застыл неподдельный ужас.
Когда-нибудь я убью Маттео.
– Почему ты не можешь держать свой чертов рот на замке? – прорычал я. Кипя от злости, посмотрел на Ромеро, пытаясь оценить, понял ли тот смысл идиотской реплики Маттео.
Выражение лица Ромеро было непроницаемым, но меня оно не обмануло. Он прекрасно понял, что имел в виду Маттео, тем более видя состояние Арии. Вот же черт!
– Ты позавтракаешь? – В напряженной тишине спросила Ария, кивнув на миску с хлопьями.
– Некогда! – рявкнул я. Ария дёрнулась, тут же заставив меня пожалеть о своей резкости. Злился я не на неё. Блядь!
А на глазах у Маттео и Ромеро не мог загладить свою вину. Я подошёл, закрыв ее своим телом от посторонних взглядов, и склонился над ней. Маттео с Ромеро увидят только, как я изображаю собственника и целую юную жену после того, как взял своё.
– Мы сегодня вечером поужинаем вместе, – пробормотал ей на ушко, легко проведя большим пальцем по губам, прежде чем отстраниться.
Ария едва заметно кивнула. Снова сделав каменное лицо, повернулся к парням. Маттео выглядел так, будто вот-вот заржёт. Когда-нибудь я утоплю его в Гудзоне.
Бросив на Ромеро прощальный взгляд, я зашёл в лифт. Маттео последовал за мной, и стоило дверям закрыться, как он распустил свой длинный язык.
– Так что, Ария в конце концов дала тебе сорвать ее вишенку?
Я свирепо уставился на него. Он повёл плечами.
– Ну же. По тому, как она двигалась, очевидно, что ты окунул член в девственные воды.
– Осторожнее, – предупредил я.
Он качнул головой и рассмеялся.
– И никакого обмена грязными подробностями? Режим мужа-защитника? Прибавь сюда ожидание, что девственная невестушка будет готова, прежде чем ты возьмёшь ее. Если бы не знал тебя так хорошо, сказал бы, что ты неравнодушен к своей юной жене.
– Может, ещё с чертовой крыши про это прокричишь? Или идея получше – объяви об этом нашему сраному папаше, чтобы он использовал Арию как рычаг давления на меня. Он подумает, что я становлюсь мягкотелым или что она мне небезразлична, и мы оба знаем, что он этого не допустит.
– Так это правда? – осторожно спросил Маттео.
– Правда что? – прорычал я.
– Что она тебе небезразлична? Мы оба знаем, что черта с два ты станешь мямлей. Ты безжалостный ублюдок.
Свирепые взгляды на Маттео не действовали. Любой другой бы уже спасовал перед силой моей злости, но Маттео мой взгляд выдержал. Двери лифта скользнули в разные стороны, и я вышел в подземный паркинг. К черту все это дерьмо! Предполагалось, что этот брак принесёт перемирие с Синдикатом, а не сделает из меня посмешище.
– Я так понимаю, это «да», – подал голос Маттео у меня за спиной.
Я обернулся и крепко схватил его за плечо.
– Маттео, это не какая-то ебучая игра. Не хочу, чтобы кто-нибудь захотел использовать Арию против меня. Так что хоть раз в жизни держи рот на замке!
– Пиздец, – пробормотал он себе под нос. – Тебе и правда не все равно на девчонку. Ты…
– Просто заткнись, хорошо? – попросил я, уже теряя терпение.
К моему удивлению, Маттео коротко кивнул.
– Знаешь, я никогда никому не скажу, что ты вёл себя по отношению к своей юной жене как порядочный человек.
Я прищурился.
– А ты оказался настолько любезен, что сказал Ромеро о том, что до вчерашней ночи я не трахал свою жену.
– Ты Ромеро знаешь. Он не проболтается ни единой живой душе, а может, даже и призраку собственного отца.
Терпеть не мог доверять людям свои секреты, особенно если это могло обернуться полной катастрофой, но сейчас мне придётся полагаться на эту троицу – Арию, Маттео и Ромеро – и надеяться, что они будут молчать.
Маттео похлопал меня по плечу.
– Соберись, тряпка! Все наладится. Люди так тебя боятся, что им и в голову не придёт заподозрить, что кровь на простынях была фейком. Ты же Тиски!
Я вздохнул, глядя, как он ухмыляется, но напряжение в груди немного отпустило.
– А теперь расскажи, как это было?
– Притворюсь, что не слышал этого. – Я глянул на него исподлобья.
– Так я ещё раз спрошу.
Я обошёл машину и открыл водительскую дверь.
