Все изменилось после того, как мой отец был признан крысой, а его брат стал боссом. Все изменится и теперь, когда к власти придет новое поколение. Правила изменятся, потому что другого пути нет. Женщины станут боссами благодаря сестрам Паризи. В этой семье нет наследников мужского пола. Я это хорошо помню.
— Есть только одна вещь, которую Деметрио хотел получить больше, чем титул босса в этой жизни, — это моя боль и страдания. Мне пришлось согласиться на их условия. Они пытались убить твою мать и твоих братьев. Я был обречен жить без вас обоих, а твоя мать — без половины своего сердца. Я шел по жизни с половиной сердца. Я плохо относился к своим мальчикам. Я пренебрегал ими, когда мне было больно, и за это я буду вечно сожалеть.
Печаль в глазах отца до сих пор преследует меня, а боль в его голосе, когда он признавался в своих грехах, была слишком сильной.
— Я пытался исправить свои ошибки, убив брата, но это лишь приговорило меня к аду. У меня не было выбора. Он не дал мне выбора. Я нажал на курок, и Андреа, я никогда не чувствовал себя свободнее, но мы обманывали себя. Я убила одну угрозу, но другая все еще оставалась. Бенедетто никогда бы не позволил мне выйти на свободу, поэтому я сделал то, что он просил, взяв с него обещание не причинять никому из вас вреда. Не трогать вас в этой жизни. И забрать близнецов у вашей матери, но он так и не простил меня за то, что я сделал с Деметрио, поэтому он солгал. Я должен был остаться в Детройте с близнецами, подальше от тебя и твоей матери. Это выбило меня из колеи, и единственным утешением было осознание того, что моя храбрая девочка чего-то добилась, все ее мечты сбылись, но она страдала до последних дней, и за это я всегда буду сожалеть. Я был причиной ее боли. За все шрамы, которые носят мои дети.
В ту ночь он раскрыл все свои секреты и пообещал расплатиться.
— Я обещаю тебе, Андреа, что твой дед заплатит за свои грехи. Я ждал достаточно долго, но теперь время пришло. — Он смотрит направо, где стоит Лоренцо и молча смотрит на стену. Он кивает один раз, а затем ухмыляется, как сумасшедший. В его улыбке нет ничего правильного. За ней скрывается что-то злое. Я снова смотрю на отца и думаю о том, как все изменится с этого момента.
Вскоре после этого Лоренцо вернулся в Детройт, но отец остался. Он хотел проведать Валентино, но тот не отвечал на звонки. Тогда он отправил Лоренцо проверить, все ли в порядке с его братом-близнецом.
Он не хотел оставлять меня одну, чтобы разбираться со СМИ, их назойливыми вопросами и хаосом, который вызвало откровение о болезни моей матери. Через два дня меня вызвал совет инвесторов, который требовал ответов. Ответы, которые я боялась давать, потому что не знала о себе. Они дали мне пять лет на то, чтобы уладить свои дела и доказать им, что я способна возглавить Valentina Co. Я объяснила это тем, что хочу прожить жизнь, зная о болезни, которая будет разрушать мою личность, пока я не превращусь в пустую оболочку.
Я хочу поступить в колледж, почувствовать жизнь и хоть раз стать нормальной.
Или хотя бы создать иллюзию, что я обычная девушка.
Они купились на это и согласились.
Это не совсем ложь: я действительно хочу жить без этого бремени.
Деменция.
