— Ничего страшного, — улыбнулся Влад, — ты ведь просто не знала. Ты — девушка. А девушки— неприкасаемые. Мы не имеем права дотронуться до тебя и пожать тебе руку. Вот, смотри: наше приветствие, — и парень сложил руки на груди так, что кулак соединился с ладонью.
— Вот так? — спросила я.
— Не совсем. Локти пониже. — Влад подошел ко мне и зафиксировал руки в правильном положении.
— Почему ты прикоснулся ко мне? Я ведь неприкасаемая.
— Видишь желтый пояс с двумя красными полосками? Я — инструктор, инструкторы и тренер могут делать с тобой все, что угодно. Мы же должны как-то объяснять материал. Да ты не напрягайся, — засмеялся он, — привыкнешь. Кстати, вот и твой инструктор — Тимур, он тебе все объяснит.
И действительно, ко мне подошел высокий, очень сильный по виду человек лет двадцати пяти. Я подумала, что в прошлом он мог быть неплохим штангистом. Впрочем, узкое восточное лицо резко контрастировало с мощным телом.
— Ты во шинь? — спросил Тимур.
— Я?.. ну… да, а кто это?
— Тебе другие объяснят, а я работаю в ночь. Пришел только на полчаса. Мне некогда, самому надо заниматься. Но если уж ты заявилась в нашу школу, запомни несколько правил: 1. Не употреблять никакого алкоголя. 2. Не курить 3. Не парить. Вейперов здесь не любят. Про наркотики даже упоминать не стоит. 4. Защищать свою школу и ее интересы. 5. Упорно совершенствоваться и работать над собой. Развивать свой дух и свое тело. Признавать Тьму в своей душе, но бороться с ней. Сделай себя лучше, и ты найдешь свое счастье.
— Стой, ты ей не сказал главного, — вставил Никита, длинноволосый стройный ушуист с почти такой же длинной бородой, как у Васильича. Я невольно залюбовалась его умным добрым лицом, — нельзя приходить на занятие с открытыми руками. У тебя, конечно, очень красивые ручки, но мы сюда пришли тренироваться. А не смотреть на них.
— И это тоже, — невозмутимо сказал Тимур, — не будем терять время. Итак, в нашем боевом искусстве, как и во многих других стилях ушу, есть свои движения и приемы, которые для удобства объединены в системы. Итак, первый комплекс стоек. Повторяй и запоминай: стойка хотан или стойка всадника. Она очень устойчивая и может спасти тебе жизнь в бою.
Я несколько раз повторила позицию, которая казалась мне не сложной.
— Нормально, сказал Тимур, — отдохни, а потом снова повторяй. И не перенапрягайся, больше отдыхай, пока, во шинь, я убегаю.
— Я не устала.
— Это ты так думаешь, а мне кажется, что тебе нужен отдых. Выглядишь бледной, как смерть.
Я подумала, что он бы тоже выглядел бледным, если бы месяц пил, не просыхая. И несколько раз повторила те движения, которые показал мне Тимур. Потом еще и еще… За работой я и не заметила, как прошел час.
— Устала, Элюшка? — мягко спросил Влад.
Я не привыкла к такому обращению и удивленно взглянула на него.
— Ты бы отдохнула, во шинь. Запомни: большая нагрузка — это очень плохо, средняя тоже, а маленькая — в самый раз.
Я не верила своим ушам: ушуист говорил противоположное тому, чему меня учил Бранимир, который считал, что на любой тренировке надо работать до седьмого пота.
Мне хотелось о многом расспросить инструктора, но я ограничилась одним, самым важным вопросом:
— Почему меня все здесь называют во шинь?
Влад замялся:
— Эля… ты понимаешь. Это так сложно объяснить. Даже не знаю, что сказать. В общем, все ученики «Пути к Шаолиню» делятся на мон шинь и во шинь. Мон шинь — это те, кто доказал свою преданность школе, сдал экзамены на пояс, выполняет наши правила и просто живет правильно, по морали. Мон шинь пользуются уважением. Они — избранные, они — лучшие, они прошли естественный отбор. Во шинь — это тоже ученики нашей школы, но они еще не знают основ нашего боевого искусства и не успели сдать экзамены. Если честно, я им немного завидую.
У во шинь есть варианты судьбы. Они сами могут решить, что важно и нужно. У меня выбора уже нет. У тебя есть! Помни об этом. В нашей школе уже лет пять не было во шинь. Мы — единственные, кто смог понять и сделать выбор. Да, Эля, выбор — это главное. И его ты тоже сделаешь в свой час.
Знаешь, в старину, когда боевое искусство еще только зарождалось во Вьетнаме, во шинь были самыми унижаемыми и несчастными людьми в стране. Считалось, что они должны смирить свою гордость. Только после долгого и тяжелого пути ученичества во шинь входили в состав школы и становились мон шинь. Некоторые, даже многие, не выдерживали и отказывались от своей мечты стать воином, ведь во шинь были самой презираемой частью общества. Как неприкасаемые в Индии. Но не бойся. Эти времена давно прошли.
— И что? Сейчас к во шинь относятся по-другому?
— Относятся так же. С презрением. Но не травят и не мучают. Мы все прошли через это.
— Ну, тогда я ничего не боюсь. Я справлюсь.
— Не все так просто, во шинь. Тебе придется выдержать серьезное испытание.
— Чем же?
— Равнодушием.
— Я все выдержу.
Мне вдруг стало больно и страшно.
