Но ничего не произошло. Предмет в его руках продолжал отражать только лицо проходника, причудливо освещаемое огнем свечей. Алексей повторил вопрос – и вновь безрезультатно.
– Может, надо стихами? – Он разочарованно положил зеркальце на место. – Тогда это не ко мне. Я стихи писать не умею.
– Есть еще один вариант, – предположил Доктор. – Зеркальце принадлежит ей. – Он кивнул на молчавшую все это время Катю. – И, скорее всего, отзывается только на энергетику своей хозяйки.
– Возможно, – кивнул Винни. – А ты что думаешь? – Он посмотрел на девушку. Та, не поднимая головы, покачала ею.
– Ладно. – Доктор обулся и встал. – Не о том вы сейчас разговариваете. – Он взял стул, карабин и, отойдя к окну, сел возле него, по-видимому, намереваясь вести наблюдение за окружающим лесом.
Алексей еще какое-то время смотрел на него, затем перевел взгляд на продолжавшую сидеть с опущенной головой Катю.
– Койот увидел на берегу толпу несчастных: каждого из них ждала печальная участь…
Стало почему-то неловко, и звучащая из динамиков сказка в одно мгновение стала казаться неподходящей для сложившейся ситуации. Даже начала раздражать.
Винников протянул руку и крутанул верньер вправо. Проза мгновенно сменилась поэзией, но легче от этого не стало.
– Знаешь… – Алексей наконец решил прервать затянувшееся, питающее воздух тягостным ожиданием молчание. – Я так рад, что все в итоге обошлось. Я думал… Думал, что опять потерял тебя. И на этот раз уже навсегда.
– А когда ты успел потерять меня в первый раз? – Рада продолжала сидеть, не глядя на собеседника.
– Когда по глупости не решился сразу признаться тебе в своих чувствах. А потом ты вышла замуж.
Девушка кивнула и опустила лицо в подставленные ладони.
– Ты мне сердце разрываешь, – глухо произнесла она. – Почему? – Рада подняла голову и посмотрела на Алексея. – Почему ты молчал? Ведь все могло быть совсем по-другому! И я тоже хороша, – добавила она после небольшой паузы, выпрямляясь. – Не разобралась в себе. Поверила глазам, а не сердцу. И ведь тянуло же. Думала о тебе, а ты молчал.
«Думала о тебе»
Его как будто ударило током. В мозгу, вытащенная из глубинных закромов подсознания, всплыла картинка. Вспыхнула, возвращая Винни в далекое прошлое, когда они с Катей учились вместе.
…Алексей стоял возле выхода из университета, ожидая ее появления. Сегодня он, отпросившись с последних двух пар, должен был ехать в другой город, чтобы помочь хорошему знакомому и вернуться обратно как раз к началу нового учебного дня. А завтра кровь из носу необходимо было сдать очередной реферат. И это было отличным поводом написать Кате.
Она появилась через двадцать минут, неся в руках стопку распечатанных в деканате листов.
– Привет. Вот все, что смогла быстро найти и сделать. Хотела завтра тебе отдать, но меня самой завтра не будет.
– Привет. – Винников смотрел на Радченко, с наслаждением пожирая ее глазами. Упивался ее красотой и наслаждался ее близостью. – Спасибо за работу и за оперативность. Ты мне очень помогла. Ну, я побежал, – произнес он после паузы извиняющимся тоном. – Меня человек ждет.
– Надо было еще дольше делать. – Катя нахмурилась.
– Почему? – Он искренне удивился.
– Чтобы задержать тебя до вечера.
Имела ли она в виду что-то другое, Винников не хотел думать. А думал он потом весь оставшийся вечер и ночь – о том, почему она не сказала эти слова днем позже, когда он был уже свободен от своего обещания…
– Пустыня в тебе свернулась кольцами змеи,
За каждым твоим движением пристально следит,
Разбитый хрусталь иллюзий не склеить и не собрать,
Тепло так легко уходит, его не удержать.
Твой ангел тебя не слышит – сколько ни зови,
Без веры ты, как без ветра парусник в ночи,
Твой голос разнесся эхом и затих вдали,
Одна, под безмолвным небом, в центре всей Земли…
