— Тимур… — её рука обвила мою шею. Настоящая, тёплая. Она перенаправила свою последнюю энергию с конечностей на тактильный модуль.
— Люблю…
Красный свет начал обжигать мне лицо, и я осмелился открыть глаза.
Закат?
Рассвет?
Пылающее красное солнце застало нас на крыше высотного здания. Лукреция стояла на самом краю, раскинув руки. Солнце лизало её белоснежное обнаженное тело, вытравливая остатки микросхем и металла… Её кожа, новая и настоящая, светилась, как пергамент в огне. Она была живой.
— Я тебя люблю, — она повернулась. В груди, вместо трещины, сияло сердце. Оно трепыхалось и качало кровь. Сосуды на шее сдувались и раздувались в такт музыки жизни.
— Теперь мы настоящие. До последнего атома.
Я коснулся её губ.
Боль исчезла.
— Это…
— Бессмертие, — она прижала мою ладонь к своей тёплой щеке. Её кожа пахла кровью и нежными первоцветами.
Мы крепко сплели пальцы и шагнули вперед. Потоки тёплого воздуха подняли нас над миром и устремили куда-то вверх…
— Нас больше нет? — я рассмеялся, и смех разбился о город, что плыл под нами кривым частоколом небоскрёбов.
— Мы были, есть и будем, — она нежно целовала меня, — мы — вечность.
Кемерово, май 2025