Лукреция рассчитывала на то, что Франческо придет к ней на помощь, если Эрколе умрет до возвращения Альфонсо. Она взяла с Гонзага обещание, об этом свидетельствует письмо, которое Маркантонио Гатто послал Франческо. Гатто был одним из доверенных гонцов, которых наняли в том году Лукреция и Франческо. Доверять свои мысли бумаге они не рисковали. 6 июня, день, в который ухудшилось состояние Эрколе, Гатто написал Франческо и напомнил об обещании, которое тот дал Лукреции. Если ей срочно понадобится его помощь, он должен ехать в Ревере, место неподалеку от Феррары. «В случае смерти герцога все предлагают госпоже поддержку, клянутся жизнью и душой своею, что будут ей преданно служить. Громче других заверяет ее в этом кардинал [Ипполито]… хотя большинство ему не верит», — написал Гатто. — «Много других подробностей сообщу Вам лично, ибо не хочу утверждать на бумаге, что весь город будет стоять за госпожу, а кричать на площади будут «Turcol»… Верьте Гаттино, синьор. Вы один сможете сделать в этом городе больше, чем вся семья Эсте…» Письмо это отражает лихорадочную атмосферу, царившую в Ферраре: все понимали, что правлению Эрколе приходит конец. На самом деле Гатто был мелким игроком, всего лишь гонцом. Тем не менее письмо отражает опасения Лукреции: она не знала, что будет с ней, когда умрет главный ее защитник Эрколе, ведь Альфонсо в этот момент за границей, Чезаре — вне игры, а главный враг Борджиа — на папском троне.
Последнее письмо этого года написано Лукрецией 17 декабря. Гатто лично отвез его в Мантую. В письме Лукреция просила Франческо доверять ему так же, как ей самой (традиционная формула конфиденциальных посланий): «Смотрите на него как на преданнейшего слугу, каким он в действительности и является», затем напомнила о его обещании, о том, что он возьмет его (Гатто) к себе на службу. Письмо написано, когда Эрколе лежал при смерти. Содержание переданного Гатто устного сообщения никогда не станет известно, однако ясно, что речь шла о сложившейся ситуации и возможных опасных ее последствиях. Гатто был глупцом, забредшим ненароком в глубокую воду. Лукреция же преданных слуг любила, сочувствовала им, а потому считала, что для Гатто лучше будет выехать из Феррары и остаться под защитой Гонзага. Ипполито ни минуты бы не колебался и уничтожил бы его, узнай он содержание письма, которое Гатто вез Франческо.
Десятью днями ранее, 8 декабря, посол Венеции Юстиниан предупредил Лукрецию, чтобы в случае смерти Эрколе они с Альфонсо были осторожнее:
Письма из Феррары свидетельствуют: герцог Эрколе серьезно болен, его ждет скорая смерть. По этому поводу кардинал Реджино сказал венецианскому трибуну, что донна Лукреция, супруга господина Альфонсо, является его
