Подписав документ о расторжении брака по причине отсутствия консумации, он хотел тут же жениться, чтобы оправдать себя в глазах окружающих. Посланный за новым брачным контрактом советник Лодовико, Томассино Тормелли, устало сказал своему хозяину, что если он покажет эту бумагу папе. Александр разъярится. Лодовико надоело нытье Джованни, и 12 декабря он твердо сказал племяннику, чтобы тот следовал решениям Асканио. 21 декабря Лодовико получил от Тормелли письмо. Советник сообщал о радости папы по случаю завершения дела и объявления развода. Папа выразил глубокую благодарность Лодовико за его пособничество. «Радость, которую вы ему доставили, так велика, словно бы вы подарили ему 200 тысяч дукатов». У Александра были причины радоваться: он обрел все, чего хотел, — подтверждение Джованни Сфорца о том, что консумации брака не состоялось (подписано в Пезаро 18 ноября), да и приданое ему вернули в размере 30 тысяч дукатов. Письмо усталого Асканио Сфорца поведало о трудных переговорах, стоявших за окончательным решением: Джованни Сфорца вернули лишь подаренные им Лукреции драгоценности и вещи. По свидетельству папы, стоило все это несколько тысяч дукатов. Лукреция, похоже, не жалела о вынужденном расставании с мужем, с которым она прожила более четырех лет. 20 декабря 1497 года она явилась в Ватикан для оглашения развода и произнесла там красивую речь. Таберна отмечал, что красноречие ее не уступает ораторскому искусству Цицерона. Через полгода Лукреция вышла замуж во второй раз.
Возлюбленной нашей дочери во Христе, благородной Лукреции Борджиа. герцогине Бисельи [sic], вверяем правление этим замком, как и городами нашими, Сполето и Фолиньо, как и землями вокруг сих городов. Будучи совершенно уверенными в разумности, преданности и честности герцогини… Верим, что, как и повелевает вам долг ваш, примете вы герцогиню Лукрецию в качестве регента вашего со всеми почестями и будете слушаться ее во всем…
Александр, возможно, и получил все. чего хотел, однако расплатился за это репутацией дочери. Мало кто верил в то, что консумации брака не произошло, или же в то, что Джованни Сфорца оказался импотентом. Все знали, что первая его жена умерла при родах (кстати, в третьем браке жена родила ему двоих детей). Заявление о том, что Лукреция — девственница (для второго брака это было необходимо), воспринималось как смехотворное. Как выразился Матараццо, летописец из Перуджи, недоброжелательно настроенный к семейству Борджиа, «такое заявление рассмешило всю Италию… кто не знает, что и раньше, и сейчас она — главная блудница Рима». Предположение Джованни, что Александр забрал от него жену, чтобы самому с нею спать, тотчас стало известно всем. Вполне возможно, что Сфорца и сам этому верил. Чрезмерная любвеобильность Борджиа делала обвинение в инцесте вероятным, даже Хуана Гандийского обвиняли в интимных отношениях с сестрой. И Александр, и Чезаре любили Лукрецию с непонятной посторонним пылкостью. Похоже, что она была единственной женщиной, к которой Чезаре испытывал нежные чувства.
