Ветер шевелил его черные, словно ночь, волосы. Мрачное, загадочное, совершенное лицо совсем близко, но красивые чувственные губы не расположены к улыбкам. Арина нутром ощущала исходящую от него силу, опасность и злость. Он выглядел иначе… как на озере, когда она в первый раз его увидела, мощным сексуально-агрессивным, уверенным, с жесткой улыбкой хищника, властным тоном диктатора и парализующим холодным взглядом.
На мгновение Ари онемела.
Его смех был гортанным, насмешливым и он медленно сделал шаг назад, потом второй, а после вскинул голову.
И снова их взгляды встретились.
Прекрасный, холодный, отчужденный мужчина. Он полоснул Ари взглядом уничижительного упрека. Его синие глаза расширились, как будто она его ударила.
Ее обуревали смешанные чувства… боли, неверия, что он так смотрел… У Ари на глаза навернулись слезы, и она часто заморгала, чтобы прогнать их.
— Арина… — произнес Крэй ее имя с придыханием и пристально вглядывался в красивые глаза. И снова умолк, не решаясь продолжить. Его сверкающий взгляд сделался абсолютно темным, непроницаемым. Под его левым глазом дрогнула мышца, расправилась и дрогнула снова. Для Крэйя это означало примерно то же, что для обычного человека — вспышка безудержной ярости. — Ты знала! Все это время ты знала!
— Нам очень нужно поговорить, — выдавила Ари и добавила с ударением: — Прошу.
Ее сердце бешено забилось, и она попыталась успокоиться. Такой Крэй ее пугал.
— Крэй… — Ари покачала головой. Он почти безнадежно смотрел на нее, и Арина резко вдохнула, и ее пронзила острая боль от осознания того, что он уже вынес ей приговор.
Его взгляд медленно прошелся по ней. В его глазах не было ни боли, ни страданий, ни следов каких-либо чувств.
— Ты сделала свой выбор, — холодно проронил он. — И теперь знаешь последствия.
— Я его сделала уже давно. И ты это знаешь, — тихо проговорила она и отвернулась, не желая видеть какую боль причинили ему ее слова, но тут же вновь подняла голову и посмотрела на него. Язык прилип к небу, она не знала, что сказать, что делать, о чем думать. Крэй загипнотизировал ее своим космическим насмешливым взглядом.
Молчание затягивалось. Она смотрела в его глаза, но в них совершенно ничего невозможно было прочесть.
Наконец, он выдал нечто подобие улыбки.
— Арина Лунаева, Арина Ари-Ар, — сказал он холодно, и эти слова сказали ей обо всем. Он предлагал ей вернуться к формальности, установил дистанцию между ними. Вернуться к тому, что было когда-то. Видимость любезности, которая давала им возможность эффективно сотрудничать, когда в этом была необходимость. Он возвел между ними черту. Они чужие друг другу. — Я не желаю твоего здесь присутствия.
— Я, как и ты, житель этого мира, полноправный Крэй, хочешь ты этого или нет. Я дракон и мой мир, как и моя Земля — родные. У меня два родных мира. Хочешь правду? Ты услышишь ее, а потом вынесешь свой приговор.
Они уставились друг на друга.
— Что же ты скрываешь от меня Арина и как много ты мне врала?
— Никогда. Умалчивала не отрицаю, но не врала.
— Лжешь! — Его холодный взгляд задержался на ее лице, и он схватил ее за плечо, не обращая на то, как Морстен резко сделал шаг вперед, но Ари повернулась лицом к Сэтану умоляя взглядом остаться сейчас в стороне, и Сэтан отступил, замер в напряжении, но готовый в любой момент защитить свою любимую. Крэй искривил губы прекрасно понимая всю ситуацию. Взгляды обоих мужчин встретились. Душевный холод. Крэйю показалось, что в глубине глаз Морстена затаился тот же самый свет, который он испытывал сам, когда смотрел на девушку. Двое мужчин замолчали. Оба на миг погрузились в раздумья. У каждого у них есть своя слабость — это одна и та же женщина. Так все просто. Проще и не придумать. И ни слова лжи на этот раз.
А потом ветер стих. Послышался мягкий крик совы, который и привел всех в чувство.
— Хорошо, — после воцарившейся паузы проронила Ари, — называй это ложью. Но это была необходимая ложь. Без нее было просто не обойтись. Вспомни Крэй наши видения, вспомни наши разговоры… не закрывайся от меня, не отстраняйся… прошу… и не смотри на меня как на предателя.
Крэй не отвечал. Ари еще никогда не видела его таким спокойным и молчаливым, как в данную минуту.
Он отпустил ее и отошел на шаг назад, — Уверен все эти истории, которые ты мне хочешь поведать, не могут взяться из ниоткуда.
— Ты прав, — прошептала она.
