Додумать толком не смогла, потому что вдруг, совершенно неожиданно, Нир толкнул меня на землю, и удерживая так, чтобы не ударилась слишком сильно, сам бросился сверху.
И вот вроде я тоже была оборотнем с отменной реакцией. Но никакой угрозы не почувствовала раньше, успела только удивиться его странному поведению, как вдруг раздался жуткий грохот, а над нами пролетело нечто с такой скоростью, что если бы я всё ещё стояла на месте, то было бы уже две небольших Рины вместо одной полноценной. Кстати, да – я сама стала себя так называть с подачи Нира. Но сейчас не о том.
Инстинктивно я дёрнулась, но мой мужчина придавил меня к земле сильнее. И тут раздался ещё один грохот. А следом стало жарко. Будто бы что-то полыхает совсем недалеко.
Мой мозг отказывался понимать, что происходит. Я просто смотрела на то, как словно в замедленной съёмке с головы Нира по его щеке вниз к подбородку стекает тоненькая струйка крови, и держалась за его плечи. Он же перестал теперь вдавливать меня в асфальт и всмотрелся в мои глаза, словно бы искал там что-то важное:
– Ты как, Рина?
– Что случилось? Ты… ранен? – коснулась пальцами красной капельки.
– Царапина. Как ты?
Я не понимала, о чём он спрашивает. Просто не могла понять. Я ведь не ранена. Со мной всё нормально. Он ведь закрыл меня собой, когда… Когда что? На нас напали? Или…
– Рина, – Нир положил свою большую тёплую ладонь на мою щёку. – Тебе не больно?
И почему мне должно быть больно? Я нахмурилась. Подумала. Только тогда мой мозг потихоньку начал работать. Он ведь спрашивает не о физической боли… Тогда о чём?
Медленно перевела взгляд за его спину – туда, где полыхали остатки большого, тонированного авто, на котором приехал волк. Потом – снова на Нира. Потом обратно.
– Рина?
Он сейчас вёл себя так, словно ожидал моей истерики, крика, жуткой боли.
– Я в порядке, – произнесла хрипло и прислушалась к себе, сама не веря в то, что говорю.
Волчица внутри замерла. Совсем как я недавно. Она навострила уши, прислушиваясь, будто бы ждала, что сейчас рядом раздастся вот это вот раздражающее «сладкая», но пока тоже находилась в состоянии шока. И не могла осознать того, что случилось.
Нир помог мне подняться. И я крепко сжала его руку, вновь глядя на то, что когда-то было машиной волка. Мало что осталось. Остальное же полыхало как раз так сильно, что горячо было даже тут.
– Ты думаешь… он погиб?
– Не думаю, что можно было выжить после такого, – он приобнял меня за талию, будто бы я должна упасть. – Как она?
Даже в этой ситуации он думает обо всём сразу. Не забыл и про волчицу. Которая начинала уже беспокойно вертеть головой, но отказывалась верить в то, что я произнесла вслух.
– Не знаю. Всё нормально, – я встряхнула головой.
В ушах стучал мой собственный пульс, пока Нир набирал кому-то смс. Наверное, Эрдану или Эрнарду… Да. Им следует знать. Если волки обвинят в нападении нас. Или может кто-то знал, что он поедет на встречу с нами и отомстил ему?
– Нам нужно уехать до того, как здесь будут люди. Садись. Я поведу.
Бросив последний взгляд на груду металлолома, я послушно села на пассажирское.
– Думаешь, это кто-то спланировал? Он мог сам это сделать? – мой голос звучал лишь немного тише обычного.
– Он позвал тебя с собой. Вряд ли бы сделал это, если бы собирался устроить публичное харакири, – Нир снова бросил на меня обеспокоенный взгляд. – Наверное нам лучше поехать в клинику, правда? Если ты отключишься, Элика знает, что делать?
Да я сама не знала, что делать. Метка подозрительно молчала. Волчица была растеряна. А я… Я просто тупо смотрела на дорогу, на мелькающие в окне многоэтажки, и не чувствовала ровным счётом ничего.
Волк стоял напротив, разглядывая меня, как всегда– не стесняясь и очевидно чувствуя своё на то право. Он был уверен, что имеет на меня права в принципе. И если всегда это неимоверно раздражало, то прямо сейчас не так уж и сильно трогало. Возможно потому, что помимо обычного превосходства в его взгляде опять было то самое восхищение.
Он протянул ладонь и аккуратно погладил меня по белоснежной голове между ушами, на что я лишь вильнула хвостом. То есть не совсем я, конечно. Сейчас я была в теле волчицы, которая ластилась к нему и позволяла себя трогать. Вот продажная душонка. У Нира вечно выпрашивает ласку, но и от этого не против её принять. За что я начинала недолюбливать эту зверюгу больше, чем прежде. Мне не казалось, что Нир поступает правильно, когда спускает ей эту привязанность к другому, хотя как никто понимала, что сопротивляться этому непросто.
Но моя настоящая пара – НИР! А не волк. То, что она не исчезла после его метки – лишь досадная ошибка. Которую мне очень хотелось исправить. Однако, сама она исправляться не желала. Ещё и требовала учитывать её интересы. И ладно бы только у меня, но ещё и у моего настоящего истинного.
Волк улыбнулся ей, правда, его улыбка больше напоминала оскал, как по мне. Хотя волчице понравилось. Он ей весь нравился. Больше, разумеется, волк, чем человек. Но на человека она тоже была согласна. Лишь бы был вот тут рядом.
