Прошло столько лет, а я так и не смогла её принять. Не чувствовала вот себя волчицей. Не хотела быть ею. И вряд ли расстроилась бы слишком сильно, если бы она исчезла вообще. Хотя я не чувствовала себя и самкой ирбиса… Единственная, в ком ощущала себя органично – моя пума. Только тогда я была собой.
Когда имела возможность обращаться в любой момент времени – и нестись по лесу на своих сильных лапах, легко преодолевая каменистые склоны ближайших гор. Бегать наперегонки с братом и родителями… Может, это связано с тем, что тогда я была совершенно счастлива? Потому и казалось, что я на своём месте.
Хотя рядом с Ниром позабытое чувство счастья возвратилось. В его объятиях было также хорошо, как там в лесу с семьёй. Ведь он теперь тоже моя семья.
Волчица же напротив появилась в момент, когда я была в безвыходном положении.
Незадолго до того случая, когда и так уже была у чёрных на крючке (ведь брата тогда перевезли в лабораторию ирбисов, куда мне не было доступа), альфа сказал, что я приглянулась кому-то из членов стаи, и потребовал принять того в пару. Тогда мне ещё сложно было держать свои чувства. Я отреагировала слишком остро. А из-за всплеска эмоций не удержала дар.
На меня кинулся один из его прихвостней, и избежать насилия удалось лишь чудом. Его остановил сам альфа, для которого я изготовила антидот раньше. Вот только до сих пор помню его алчный взгляд. Даже с антидотом, он хотел бы завладеть мною тоже (притом, что его жена была такой же, как я). Однако, по какой-то причине сватал мне другого.
Тогда он дал мне время «подумать» = смириться. Это была лишь иллюзия выбора. Мы понимали это оба. Я обдумывала план побега. Он, видимо, просто ждал, когда перестану трепыхаться.
Откуда ему было знать, что решусь пойти за помощью к тому, кто из-за меня потом потеряет почти два года своей нормальной жизни и едва не погубит пару? Я до сих пор не понимаю, как Эрдан принял меня после того, что я сделала.
Ведь это я изготовила те препараты, которые превратили его потом в жуткого зверя. Правда, пришла к нему за помощью до того, как волки подловили его, опоили и превратили в чудовище. Тогда ещё я не знала, что они собираются сделать это с ним.
Зато, когда увидела результат – там, в доме Эрнарда, сразу всё поняла. И промолчала. В тот момент я не умела ещё работать с такими тяжёлыми случаями, хотя это мои препараты делали их такими. Поэтому не призналась – меня бы прогнали, и позволила главе прайда поступить с ним, как с диким зверем – отправить в лес. Удивительно, но когда я рассказала в итоге ему правду, когда он уже окончательно пришёл в себя, меня никто не попытался убить.
Разве что Эрнард до этого из-за наговора своей пары… Но там уже совсем другая история. Чего стоило только то, что он сам же потом и сражался за меня с сыном альфы.
Ирбисы оказались удивительными. Но тогда в Нире я видела только шанс на спасение брата, и хотя вечно на него облизывалась, даже не могла подумать, чем всё это закончится.
Но когда получила свою первую метку, ещё не знала, что ждёт меня в будущем.
Сейчас мне уже было всё равно, был ли «мой» волк тем членом стаи, который хотел заявить на меня права или нет. Но я хорошо запомнила данное тогда себе обещание, что уничтожу однажды виновника. И хотя виновником я считала всё же альфу чёрных, но смерть недоистинного тоже подходила, чтобы поставить галочку напротив выполненного пункта…
– Успокойся, пожалуйста, – попросил Нир, поглаживая белоснежную волчью шерсть.
Он, как всегда, чувствовал мои эмоции – и ему не нравилось, что я злорадствую или просто злюсь. Но как тут не злиться, когда эта пушистая зараза опять отказалась выполнять мой приказ и обращаться в кошечку. Мне хотелось сделать Ниру приятное – ведь видеть во мне самочку своего вида, по моей логике, ему должно быть приятнее, чем свидетельство того, что я принадлежала другому.
Только вот я – не Нир. И не собираюсь идти на поводу у хитрющей вредины, что специально сейчас прибеднялась, чтобы он жалел её больше. Неужели даже черты характера передались вместе с видом?!
Ну есть же нормальные волки – серые вот вполне ничего. Хотя по слухам, нынешний альфа у них тоже отмороженный. Старший сын прежнего доводил сейчас стаю до того, что они едва сводили концы с концами. И начал открещиваться снова от договора с прайдом снежных барсов. Что сказать? Многие мужики – просто идиоты, не видят свою выгоду там, где она лежит на поверхности.
Не то чтобы я была мужененавистницей. Просто в последнее время, когда обретала всё больше контроля над даром – благодаря паре, начинала чувствовать ярче альфа-силу. Мне пришлось признаться в этом и Ниру, и главе.
И не прогадала.
Никто не стал прогонять меня или тем более – пытаться использовать. Хотя у меня были некоторые идеи, как можно это всё применить. В ближайшее время я собиралась провести эксперимент по выявлению возможности передачи этой самой силы своему самцу. Что-то мне на уровне инстинктов подсказывало, что это возможно.
