У подножья горы теснилось полсотни хижин, вокруг которых с муравьиным усердием сновали люди: человек сто в белых рубахах и красных шапках склонялись над четко расчерченными участками земли.
- Что это за деревня? - спросил одолеваемый любопытством Филипп.
Капта, уже сносно объяснявшийся по-испански, ответил:
- Это не деревня. Здесь ночуют те, кто возделывает поля Оуарики. Ниже по реке, за этой горищей, находится город омагуа.
- Так мы в стране омагуа! - в восторге закричал Филипп.- Мы пришли в Эльдорадо! Капта! Варфоломей! За мной!
Посадив касика позади, на круп своей лошади, он в сопровождении Вельзера вскачь пустился по долине, наводя ужас на индейцев.
- Эй! За ним! - скомандовал Лимпиас.- Догоните сумасброда, пока дикари не прикончили его!
Однако, увидав, что индейцы бегут врассыпную, добавил:
- А впрочем, не надо... Пусть потешится со своим дружком...
Падре Тудела устремил на него укоризненный взгляд.
- Что ж, отправимся туда и мы,- сказал Лимпиас, указывая на хижины.
В брошенном жилище индейцев они обнаружили груды бататов, томатов и еще каких-то плодов горьковатого вкуса - Диего де Монтес сказал, что они называются какао. Всеобщее внимание привлекла пара странных животных, похожих не то на ослов, не то на верблюдов.
- Наверно, это и есть ламы, о которых столько толковали те, кто побывал в Перу,- предположил Тудела.
- Здешние индейцы не больно-то похожи на дикарей, которые попадались нам до сих пор,- заметил Санчо Брисеньо.
- А поглядите только, во что они одеваются! - с восхищением воскликнул Диего де Монтес.- Ведь это чистая шерсть!
- Принесите-ка мне астролябию,- велел священник.- Пора определить наше местоположение.
Произведя замеры и подсчеты, он, изменившись в лице, объявил:
- Нулевая широта! Мы - на экваторе!
Гуттен, Капта и Вельзер, проскакав по полю, поднялись на первую террасу, опоясывающую холм.
- Ну-ка, зайдем с той стороны! Поглядим оттуда! - сказал Филипп.
Все трое вскрикнули от изумления. На расстоянии четырех-пяти лиг от того места, где они стояли, там, где Кагуан, огибая сельву, встречался с другой, неведомой им рекой, раскинулся, сверкая кровлями домов, обширный город.
- Крыши из золота! - не владея собой, вскричал Филипп.- Ты видишь, Варфоломей? Мы нашли Эльдорадо! Хвала господу!
Он спрыгнул с коня и припал к земле.
- Вторая река - это Какета, приток Мараньона,- в восторге твердил он, всматриваясь в расстилавшийся перед ним вид.
- А дальше,- говорил на своем ломаном языке Капта,- живут женщины без мужчин. Вон там - святилище
Оуарики,- указал он на высившийся над городом храм, забыв о том, что спутники его не знали, что такое Оуарика - имя царя или название города.Там живут дети богов, у них все тело из золота.
Из его речей Гуттен и Вельзер с трудом уяснили, что жители Оуарики поклоняются и золотой женщине.
- Ты понимаешь? - в полном ликовании спросил Филипп.- Он толкует про золотых идолов в половину человеческого роста и про отлитую из золота фигуру женщины! Мы разбогатели, друг мой! Не зря пришлось нам хлебнуть лиха и снести столько невзгод! Не напрасны были наши жертвы! Ну, теперь надо подумать, как проникнуть туда. Гляди, берега реки твердые, ровные, на них ничего не растет - не берег, а королевская дорога!
- Неразумно, думается мне,- с сомнением произнес Вельзер,- соваться с четырьмя десятками солдат в этот город, населенный воинственным народом. Надо спросить Капту, не возьмется ли он устроить нам встречу с вождем.
Но Капта, услышав этот вопрос, перепугался насмерть. Порываясь бежать, он сбивчиво говорил, что устал, ни на что не годен и не желает больше иметь с испанцами никакого дела, а хочет только одного - вернуться в свою деревню.
- Вам надо подружиться с омагуа, тогда можно будет увидеть царицу Коньори.
Гуттен снова устремил взгляд на раскинувшийся в междуречье город, на блистающие в солнечных лучах кровли. Лигах в десяти от него посреди вырубленной сельвы торчал, точно наставленный палец, отрог Анд. Капта предложил захватить нескольких земледельцев и устроить встречу при их посредничестве.
- Завоевать расположение омагуа - это важней всех ваших аркебуз и коней. Плохо, что земледельцы убежали. Оуарика может выслать на вас войско.
Солнце уже начало клониться к закату, когда Гуттен и Варфоломей, вняв увещеваниям Капты, двинулись вниз. У кромки засеянного поля Вельзер вдруг вскрикнул:
- Индейцы! Двое! Захватим их!
Гуттен пришпорил коня и помчался за длинноволосым индейцем с копьем в руках. Напрягая мускулы, он привстал на стременах, протянул руку, чтобы ухватить его за волосы, но тот внезапно отпрянул, обернулся и вонзил копье под мышку Филиппу. Тот глухо вскрикнул и вылетел из седла.
Когда Вельзер подскакал к нему, Филипп без кровинки в лице недвижно лежал на земле. Из-под руки густо текла кровь. Капта принялся рвать рубаху на полосы, чтобы перевязать рану.
