Зрелище это ужаснуло его: спящие кавалеристы, залитые светом луны, казались спутниками самой смерти. Он поднял глаза к небу: словно во исполнение зловещего пророчества облачко, закрывшее нижнюю часть лунного диска, отливало кровавым цветом.
- Ваша милость! - окликнул он губернатора.
- А? - вскрикнул тот, выныривая из дурмана дремоты.
- Мы двигаемся уже два часа. Поглядите: светает. Совсем скоро взойдет солнце, и придется устроить привал.
- Вы правы,- зевая, ответил Спира.- В здешних широтах зной - это наш первейший враг. Солнце испепеляет все. Надо найти какое-нибудь укрытие, чтобы переждать жару. Лопе де Монтальво! - строго позвал он.
- Слушаю, сеньор! - сонно отозвался тот.
- Возьмите два десятка человек, поезжайте вперед, но не дальше четырех лиг. Постарайтесь отыскать место для дневки.
Раздались выкрики команд, топот коней, и войско очнулось от сонной одури.
- Разобраться по три! - распоряжался Спира.- Горнист, сигнал к построению!
Загудели голоса, послышалась брань, захлопали бичи. Пехотинцы прибавили шагу. Лунный диск померк, а потом и вовсе исчез. Взошло солнце и в считанные минуты раскалило песок. Дышать стало трудно. Лошади с пронзительным ржанием бросались в воду, кавалеристы срывали с себя колеты и рубахи. "Получите ожоги, болваны!" - тщетно предостерегал их Перес де ла Муэла. Солдаты, расстроив ряды, с хохотом и шутками плескались в воде, как дельфины. Спира, потеряв надежду восстановить порядок, выбранился сквозь зубы и приказал Пересу де ла Муэле, недавно произведенному в капитаны за удачно вскрытый нарыв, разбить лагерь.
Лишь на пятый день изнурительного пути предстала их взорам пышно разросшаяся листва деревьев, вспоенных и спасенных от зноя водами реки Токуйо.
Немцы и испанцы дивились не виданным никогда прежде деревьям и травам, птицам и животным.
- Вот бы не подумал, что есть на свете такие громадные деревья,восхищенно приговаривал Перес де ла Муэла.
- Берегись, Эрнан! - крикнул Лопе. Чудовищной длины и толщины змея бесшумно скользнула в воду.
- Матерь божья! - переведя дух, воскликнул лекарь.- Она толщиной с мою ногу и раза в четыре длинней меня!
- Кто ж виноват, что ты уродился таким пузатым недомерком?! захохотал Себальос.
Хотя река была не слишком глубока и "не шире Дуная возле Ульма", как утверждал Спира, стремительное течение не позволяло переправиться вброд.
- Придется сколотить плоты для пехоты,- сказал Эстебан Мартин,кавалерия доберется до берега вплавь.
- На это уйдет целый день,- уныло отвечал Филипп.
- А нам каждый час драгоценен,- поддержал его Спира, который лежал на траве и наблюдал за тем, как кувыркается в ветвях, дразня длиннохвостого попугая, стая обезьян.- Сущий рай земной,- прибавил он восхищенно,- как чист и свеж воздух, как здесь тихо, какая упоительная зелень!
- Дождитесь ночи,- многообещающе произнес Мартин.
И в самом деле: как только смерклось, на лагерь обрушились мириады москитов, доводя участников экспедиции до умоисступления: Спира, осатанев от беспрестанного жужжания и укусов, с головой завернулся в попону.
Филипп, сидя у костра, размышлял: "Кто же тот, кого Федерман превратил в тайного мстителя?" Страх не томил его, пока они брели по бескрайним и угрюмым пескам, . но в этих зарослях во сне и наяву, ночью и днем стал мерещиться ему неведомый убийца, нападающий сзади. "Кто же он? Кто был так жестоко оскорблен Спирой, что решился на крайность?" - эта загадка не давала Филиппу покоя. Эстебан Мартин? Он казался ему подозрителен, несмотря на приниженный вид и наружное благодушие. А по какой причине очутился среди обездоленных искателей счастья Франсиско Мурсия де Рондон, приближенный императора, бывший секретарем у французского короля? Могла быть причина этому и помимо побега Франциска Первого из-под стражи. Неужели Спира виновник его несчастья? Мстителем мог быть и Дамиан де Барриос, и Санчо Брисеньо, да и любой другой. Почти все они попали в Новый Свет, влекомые алчностью и страстью к приключениям, но кто знает, сколькие тут движимы отчаяньем и горечью, сколькие бегут от правосудия или от самих себя? Внезапно его озарило: "Что, если Федерман просто-напросто применил уловку, чтобы скрыть подлинного преступника?"
Санчо де Мурга, некогда бывший верным приспешником Федермана, а потом насмерть рассорившийся с ним,- это человек, готовый на все. Ссора и разрыв с Федерманом - искусный ход для того, чтобы войти в доверие к Спире. "Странно, что этот убийца вдруг взял и сменил покровителя. Да, это Санчо Мурга! Он прикончит Спиру ночью или во время первой же стычки с индейцами, а россказни Клауса должны были ввести меня в заблуждение, усыпить мою бдительность, пустить меня по ложному следу!"
