Сжав губы, Седрик напряженно следил за тем, как космокатер снова ложится на курс, с которого они сбились, совершая противоторпедные маневры, и как на них медленно надвигался гигантский шар спутника, освещенный солнцем, напоминавший исполинскую луну, Мысли Седрика сосредоточились на вопросе, почему же код идентификации крейсера так и не был признан спутником. Если верить этому металлическому голосу, он был изменен. Но почему это произошло именно сейчас? Ведь это можно было сделать лишь вручную, то есть это мог сделать лишь человек. Неужели там, на спутнике, был кто-то, кто смог это сделать? Или же бортовой компьютер спутника предусматривал периодическую отмену прежних кодов и замену ихновыми? О таком Седрику слышать не приходилось.
Они все ближе и ближе подлетали к спутнику-убийце. Если его сравнивать с футбольным мячом, то их космокатер был по сравнению с ним лишь едва заметной пылинкой, которая подлетала к нему и вот-вот должна была сесть на его серебристую поверхность. Даже дверь приемного ангара была крошечной, будто спичечная головка, в то время как ими она воспринималась как вход в гигантскую пещеру, а что до самого ангара, так в нем преспокойно могли уместиться пара самых тяжелых крейсеров и еще бы вдоволь осталось места и для их космокатера. Седрику приходилось слышать, что ангары подобной величины имелись на всех спутниках.
Наконец корабль замер, опершись на свои три крыла хвостового оперения. Потухли многочисленные контрольные лампочки, и когда Седрик из чистого любопытства попытался включить их вновь, это не удалось. Все функции управления кораблем были блокированы. Через иллюминатор он увидел, как за ними снова закрылись тяжелые ворота ангара. Хмыкнув, он стал отстегивать ремни.
– Ну-ну, – глубокомысленно изрек Седрик. – Похоже на то, что нас приглашают вылезти из нашего катерка.
– Приглашают? А кто здесь нас может приглашать? – удивилась Шерил.
Он. пожав плечами, освободился от ремней и поднялся, собираясь пойти к шлюзу.
– Знаешь, Седрик, – крикнула ему вслед Шерил, – вот такие прямые и обстоятельные ответы я просто обожаю!
Седрик ничего на это не ответил, лишь прихватил лазерное ружье, которое он вез с собой в кабине. Потом, когда сенсоры возвестили о том, что они спокойно могут выбираться наружу, все они друг за другом стали покидать тесную кабину космокатера и, миновав шлюз корабля, направились вниз по бортовому трапу, а вскоре уже стоял на полу ангара. Седрик ружьем указал на гигантские ворота ангара, находившиеся метрах в ста от них.
– Мне кажется, нам следует пойти через центральный вход, – предложил он. – Если он откроется, стало быть, все с нами в порядке, ну а если нет, тогда уже будем думать, как действовать дальше.
Но ворота открываться не желали, как им пришлось убедиться минуту спустя. Устройство их отпирания не срабатывало.
– Может, стоит попытаться прожечь дыру в них лазером,
– Не думаю, чтобы это было хорошей идеей, – внезапно раздался чей-то голос позади них – голос, который был очень хорошо знаком Седрику, хотя слышать его ему приходилось всего несколько раз. но он относится к числу тех, что стоит всего раз услышать – и они запомнятся до гробовой доски, тем более, если ты заключенный с Луны Хадриана.
Как и все остальные, Седрик, круто повернувшись, тут же застыл от изумления, и его глаза подтвердили, что он не ослышался. Эта массивная, плотная, приземистая фигура стояла в двух десятках метров позади них на открытом пространстве ангара. Это был Крофт!
В то время как одна часть его разума, билась над вопросом, почему, с какой стати комендант рудника мог оказаться здесь, на сторожевом спутнике, другую же заполнили чувства, благодаря которым он сумел выдержать последние два года пребывания в этом аду. Это была ненависть. Безграничная ненависть и твердокаменная уверенность и решимость отплатить этому человеку той же монетой, где бы и когда бы он его ни встретил.
Крофт, желая как бы защититься и одновременно призывая их выслушать его, поднял вверх руки.
– Могу представить те чувства, которые испытывает каждый из вас, – начал он, – но постарайтесь не действовать сгоряча. Не время сейчас сводить старые счеты. Если мы желаем выжить, то нам необходимо сотрудничество.
Седрик понимал, что они не должны были сейчас верить ни единому его слову, и если он до сих пор не поднял свое лазерное ружье и не превратил бывшего коменданта рудников в кучку пепла, так лишь потому, что хотел выяснить, что же заставило Крофта принять такое самоубийственное для себя решение выйти к ним, к тому же безоружным.
Первым, кто опомнился и схватился за свой лазер, был кибертек.
